Бражники и блудницы. Как жили, любили и умирали поэты Серебряного века

«Произошло то, чего никто еще оценить не может, ибо таких масштабов история еще не знала. Не произойти не могло, случиться могло только в России», – пишет он в письме матери.

13 апреля у Марины Цветаевой рождается дочь – Ирина. У Ирины огромные темные глаза Сергея Эфрона. Эфрон в Петергофе, проходит службу в школе прапорщиков, готовится стать офицером. Москва кажется ему другой планетой, новость о рождении дочери – как новость с Марса.

«Все будет хорошо, Россия будет великой. Но как долго ждать и как трудно дождаться», – пишет Блок в записной книжке 22 апреля. Психиатр ставит ему диагноз – неврастения. В Художественном театре продолжаются репетиции «Розы и Креста», все разваливается: Станиславскому очевидно не нравится пьеса, актеры же вдруг заняты политикой – не до искусства (спектакль так и не будет поставлен). Но больше всего Блока беспокоит необходимость снова возвращаться на фронт, в болота. Он ищет возможности законно дезертировать – и находит.

В мае Блок начинает работать редактором стенографического материала Чрезвычайной следственной комиссии, которая занимается расследованием преступлений царского режима. Работа секретна и освобождает Блока от необходимости возвращаться в армию. Он ходит в Зимний дворец и Петропавловскую крепость, присутствует на допросах царских министров и придворных, расшифровывает стенограммы, записывает, слушает, ужасается.

«Это – вся гигантская лаборатория самодержавия, ушаты помоев, нечистот, всякой грязи, колоссальная помойка».

При этом иногда его сердце «обливается слезами жалости» – к этим загнанным, испуганным, не понимающим своей вины генералам, министрам, баронам, графам, фрейлинам. Вечерами Блок возвращается в пустой дом (Любовь Менделеева служит в псковском театре) и впадает в тоску: ему страшно недостает Любы. Роман с Дельмас как-то сошел на нет, забылся – от него остались сухоцветы, записки, фотокарточки, воспоминания, цикл стихов. Впрочем, Кармен остается близка с Блоком: может зайти в гости, позвонить или прислать цветов.

Гумилев, возмущенный анархией в армии, уезжает за границу работать специальным корреспондентом выходящей в Париже газеты «Русская воля». Ахматова провожает его на вокзале. Он воодушевлен, легок и надеется, что получится еще раз съездить в Африку.

Все невесты остаются в прошлом: разочарованные Лариса Рейснер, Анна Энгельгардт, Ольга Арбенина и другие мысленно смотрят вслед поезду.

25 мая в Петрограде проходит день «Займа свободы» – агитационный праздник в честь финансовой инициативы Временного правительства. Праздник организован недавно образовавшимся Союзом деятелей искусств и представляет собой настоящий карнавал: шествия, выступления поэтов и артистов, песни, лозунги и номера, плакаты и флаги. В конце шествия едут грузовики: грузовик кубистов, грузовик футуристов, грузовик «Мира искусства», и, наконец, грузовик «Председателей земного шара». Грузовик увешан антивоенными плакатами, у арки Генштаба в машину запрыгивает Маяковский. Маяковский читает стихи против войны, Хлебников счастливо улыбается, грузовик будетлян весело едет по Невскому проспекту.

Лето

Отменена смертная казнь; всем гражданам, вне зависимости от пола, вероисповедания и национальности, даны равные права. Практически упразднена цензура. Каждый может вступать в любые объединения, любые собрания разрешены. Россия – самая свободная страна из всех воюющих стран. Жара, горят торфяники, города в дыму. Война все еще длится, и Временное правительство предлагает воевать до победного конца. Количество солдат, бегущих из армии, доходит до десяти тысяч человек в день – солдаты торопятся в родные деревни, где как раз начинают делить помещичьи земли.

Анна Ахматова в Слепневе – ждет, когда крестьяне придут жечь усадьбу.

Мать и тетка Блока в Шахматове – ждут того же самого.

Маргарита Сабашникова, недавно вернувшаяся из Дорнаха, живет у родителей в Москве. Отец жалуется: крестьяне целиком вырубили их лес. Маргарита Сабашникова идет по московским улицам – видит, как какие-то женщины с ножами набрасываются на замертво упавшую лошадь, каждая пытается вырезать кусок побольше. Видит облепленные солдатами в серых шинелях трамваи, серые шинели повсюду. Улицы, как снегом, заметены шелухой от семечек. Семечки грызут от голода.

Хлеб выдают по карточкам. Еще не закрепившаяся власть переживает кризис за кризисом. Длится война, и мир обещает только партия большевиков.

Уставший от постоянной работы Александр Блок ощущает сильную боль в спине. Он резко ослаб, сознание периодически куда-то проваливается. Что это?

Блок смотрит по сторонам, наблюдает за происходящим и вдруг слышит, что внутри него растет музыка. Музыка тех самых лиловых, зеленых миров, которые когда-то мучили любимого им Врубеля. Она ищет себе выход и хочет прорваться. 5 августа Блоку снится сон: