Былой Петербург: проза будней и поэзия праздника

Купеческое сословие, наряду с другими, было учреждено Петром I, который «начал по иностранным образцам придавать русскому торговому сословию самостоятельное устройство в виде особой общины». Главное отличие купечества от остальных сословий «состояло, кроме запрещения перехода торговым людям в другие звания, в их отдельной подсудности». Петр I разделил купечество на две гильдии, открыл купеческие биржи и настаивал, чтобы купечество «действовало торговыми компаниями, а не врозь, и чтобы один русский купец не вел торгов в подрыв своему собрату, но чтобы все купцы действовали единодушно»[814]. Купцов, которые в это время были податным сословием, принудительно переселяли в Петербург – главный центр торговли с заграницей.

Так как городское население росло преимущественно за счет крестьян, то им уже в 1723 году разрешили за определенный ценз (500 рублей) и при наличии отпускных свидетельств от помещиков записываться в купечество, и они быстро пополняли ряды торговых людей. (Крестьяне всегда были самым многочисленным сословием в Петербурге[815]: в 1869 году они составляли 31% от всего населения, а в 1897‐м – 59%.) Пробиться в купцы стоило крестьянину неимоверного труда. И далеко не у всех так успешно складывались дела, как у крестьянина Ярославского уезда А. П. Березина (род. в 1728 году), который оказался в Петербурге в 1747‐м. Первое время он был прислугой у чиновника (возил воду, топил печь, сторожил дом и т. д.), затем работал в мучной лавке, скопил деньги и вступил в купеческое сословие. К 1760‐м годам он уже имел собственный дом, состоял купцом 1‐й гильдии и даже был избран городским головой[816].

В 1775 году было образовано гильдейское купечество: в одну из трех гильдий можно было записаться в зависимости от объявленного капитала. Окончательное оформление купеческого сословия завершилось с изданием в 1785 году Городового положения. Купцы всех трех гильдий освобождались от рекрутской повинности (службы в регулярной армии), а 1‐й и 2‐й гильдий – от телесного наказания. Купцы 1‐й гильдии получили право иметь фабрики и заводы, загородные дома, морские суда и торговать за пределами империи. Вторая гильдия занималась промыслом внутри России, а купцы 3‐й гильдии ограничивались мелким торгом, содержанием трактиров, постоялых дворов, бань. При Екатерине II купцам 1‐й и 2‐й гильдий разрешили носить шпагу и посещать императорский Двор, они стали получать чины, а это открывало возможность перейти из купеческого сословия в потомственное дворянство. По мнению писателя и журналиста Евгения Карновича, этим переходом состоятельного купечества в дворянство и «объясняется недолговечность торговых домов»[817].

Неустойчивость купеческих династий связана с разными причинами (с экономической политикой государства и пр.), но это выходит за рамки настоящей статьи. Однако отметим, что продолжительность купеческого рода в Петербурге в XIX веке составляла, как правило, два (реже три) поколения, что было характерно и для Москвы[818]. Об этом говорит выходец из купеческой семьи Михаил Пыляев: «Имена старых купцов беспрестанно исчезают из списков купечества; насчитать много купцов, чей дед и отец были купцами 1‐й гильдии едва ли возможно; у нас купеческая фамилия почти всегда кончается со смертью основателя фирмы. Одно время богатые купцы тянулись в дворянство, хлопотали о получении чинов и спешили во что бы то ни стало родниться с знатными дворянскими фамилиями. <…> Получивших дворянство купцов и торговавших после весьма немного»[819].

В 1846 году был создан орган самостоятельного управления – Санкт-Петербургская купеческая управа, который занимался всеми делами сословия и обязательно благотворительной деятельностью[820]. В 1863 году купечество разделилось на две гильдии, при этом указывалось: «Купеческое звание по самому существу своему не наследовано. <…> Название купца получает только то лицо, на имя которого выдано свидетельство на право торговли». Купцы, помимо «свободы от телесного наказания», впервые получили право «на свободное проживание во всей Империи», а купцы 1‐й гильдии – на потомственное почетное гражданство, и, как прежде, могли «за оказанные отечеству особо важные заслуги удостаиваться награждения чинами и орденами»[821].

Когда в 1861 году в доме Руадзе (на Мойке) открылся клуб, официально именовавшийся Санкт-Петербургским русским купеческим собранием, купцы по-разному отнеслись к совместному проведению досуга. В уставе клуба говорилось:

«С.-Петербургское Русское купеческое Собрание имеет своею целию доставить членам своим и их семействам возможность проводить свободное от занятий время с приятностию и пользою. С этой целию Собрание дает для своих членов и их гостей балы, маскарады, семейные обеды, танцевальные, музыкальные и литературные вечера, выписывает газеты, журналы и вообще лучшие периодические издания и книги, а также приглашает лиц специальных по разным наукам для чтения лекций, которые служили бы к распространению между членами Собрания полезных сведений и знаний»[822].