Чехов и евреи. По дневникам, переписке и воспоминаниям современников

Неназванный мотив — опять-таки сюжет из еврейской священной истории: апокрифический сюжет о Сусанне. Он обозначен именем героини рассказа. Но имя, если и называет мотив, то это называние не имеет здесь обязательной силы: чтобы напоминать о своем первоносителе, имя должно сопровождаться либо прямой ссылкой на него (как это делает картина, изображающая встречу Иакова и Исава), либо параллелями в контексте, в котором имя появляется, Сусанна же Моисеевна — что угодно, только не подобие невинной красавицы. Поэтому мотив древнееврейской Сусанны остается в тени, покуда не будет извлечен специальным усилием. Это весьма чеховское искусство — прятать на виду и требовать от читателя усилия.

История Сусанны рассказана в апокрифическом приложении к библейской книге пророка Даниила. Она отсутствует в канонических изданиях Библии нового времени[352], но прочно вошла в обиход европейской культуры через живопись[353]. Самый исторический статус этой истории в качестве апокрифа, текста потаенного, «отреченной книги» примечателен в данном случае[354].

История эта повествует о том, как два старейшины, облеченные судебными полномочиями, однажды увидели Сусанну, молодую и добродетельную жену Иоакима, почтенного гражданина, гуляющей в собственном саду, и воспылали к ней страстью, и на следующий день пришли в сад и увидели ее в тот момент, когда она, решив искупаться, отослала служанок и разделась. Они подступили к ней с похотливыми требованиями и стали шантажировать ее тем, что, если она будет упорствовать, то они скажут, что застали ее прелюбодействующей. Когда на крик Сусанны сбежались слуги, старейшины обвинили ее в том, что она прелюбодействовала с молодым человеком, который вырвался и убежал. Ей угрожала смертная казнь. На следующий день, в собрании народа старцы выдвинули свои ложные обвинения.

Сусанна была очень нежна и красива лицом, которое она прикрывала. Старейшины велели ей открыть лицо, чтобы насытиться красотою ее. Она плакала, а они, вставши перед народом, наложили руки на голову ее в знак того, что опознали ее. Она же в слезах смотрела на небо, ибо сердце ее уповало на Господа. И сказали старцы: «Когда мы ходили по саду одни, вошла эта с двумя служанками и затворила двери сада и отослала служанок». Сусанну присудили к смертной казни. Когда ее вели на казнь, явился юноша Даниил и остановил процессию, сказав: «Неужто вы так глупы, сыны Израиля, что без проверки правдивости показаний готовы осудить дочь Израиля?». Он по отдельности спросил старейшин, под каким деревом они застали Сусанну с ее возлюбленным. Один назвал мастиковое дерево, другой — зеленый дуб. Сусанна была оправдана, а старейшины казнены[355].

Художники со времен Возрождения неоднократно обращались к этому богатому возможностями сюжету[356]. Три эпизода в особенности привлекали их внимание: 1. старейшины, нередко — заскорузлые старцы, похотливо подсматривают, как прекрасная обнаженная Сусанна купается; 2. те же старейшины шантажируют прекрасную обнаженную Сусанну, стоя прямо перед ней — в этом случае они полные сил старейшины, а вовсе не старцы; 3. Сусанна на площади перед народом выслушивает обвинения старейшин. В русской традиции все три сюжета известны как «Сусанна и старцы». Два первых эпизода давали отличный повод для изображения обнаженной натуры, и все три были превосходными драматическими сюжетами.

Картины на эти темы находятся во многих музеях мира и воспроизведены во множестве альбомов живописи. В петербургском Эрмитаже Чехов мог видеть «Сусанну и старцев», принадлежащую мастерской Рубенса, и другую — в исполнении русского художника П. В. Басина (1822)[357], где совсем не старые и могучие старцы подступают к испуганной обнаженной Сусанне. В 1880 г. покровитель и друг Чехова, А. С. Суворин, издал альбом «Библия в картинах знаменитых мастеров», часть первая которого, содержавшая репродукции картин на ветхозаветные темы, включала и воспроизведение гравюры Ш. Б. де Луальи по картине А. Куапеля (Antoine Coypel) «Сусанна перед народом»[358]. Здесь Сусанна была изображена в момент, когда два старейшины, изображенные совсем нестарыми, посреди народа указывают на прекрасную молодую женщину и обвиняют ее в разврате.

Итак, с именем Сусанны связан сюжет ложного обвинения в разврате молодой, прекрасной и добродетельной женщины людьми, занимающими почтенное положение в обществе. Причастность «Тины» к сюжету о Сусанне не очевидна ввиду несходства героинь. Это несходство даже активно препятствует тому, что может обнаружить более детальный взгляд, а именно, что в рассказе есть важнейшие составляющие апокрифической истории: молодая женщина, по имени Сусанна, обвиняемая в разврате двумя почтенными мужами, дворянами, офицером и помещиком, и даже странное подобие сада в комнате Сусанны Моисеевны получает объяснение: