Чужое имя. Тайна королевского приюта для детей

16 декабря 1943 года

Уважаемый сэр!

Я получила ваше письмо от 13 декабря и отметила дополнительное сообщение о моей девочке. Думаю, я могла бы освободить вас от дальнейшего беспокойства, а себя от возможной тревоги, если вы любезно согласитесь рассмотреть ее передачу под мою опеку и предпримете необходимые шаги для достижения этой цели. Я чрезвычайно благодарна за все, что вы сделали для нее, и за вежливые ответы, которые вы направляете на мои запросы, а потому в скором времени ожидаю вашего ответа.

Искренне ваша,Лена Уэстон

Лена долгие годы ждала возможности обнять Дороти и утешить ее, но ее надежды рушились снова и снова. На этот раз она получила ответ, дававший некоторые основания для надежды.

21 декабря 1943 года

Уважаемая мадам!

Я получил ваше письмо от 16-го числа этого месяца. Если вы действительно хотите, чтобы девочка вернулась под вашу опеку, то я донесу ваше обращение до администрации школы.

Думаю, вам следует проконсультироваться с нашим врачом и получить особый отчет о состоянии ребенка.

Между тем прошу оказать любезность и сообщить мне, чем вы занимались все прошлые годы, чем вы занимаетесь в настоящем и какими возможностями вы располагаете для содержания ребенка.

Искренне ваш,секретарь

Упорядочив документы в хронологическом порядке, я смогла убедиться, что последнее письмо от секретаря госпиталя было отправлено примерно в то время, когда Дороти отвезли на аэродром Бовингдон для рождественского праздника с американскими военными. Это была экстраординарная привилегия: она оказалась одной из двенадцати среди более четырехсот найденышей, размещенных в то время в Беркхамстеде. Почему мисс Райт оказала такую честь Дороти – трудному ребенку, который не следовал правилам и регулярно попадал в неприятности? Моя мать приписывала свою удачу некоей тайной жилке сострадания в душе мисс Райт. Возможно, мысль о том, что даже такая жестокая женщина, как мисс Райт, может иметь в себе нечто хорошее, давала утешение моей матери.

Мой обзор документов приводил к более неутешительному выводу относительно мотивов мисс Райт. Ее единственный великодушный поступок случился, когда время Дороти в госпитале подходило к концу. Вероятно, мисс Райт понимала, что девочка, которую она избивала и регулярно запирала в чулане, скоро окажется в обществе любящей матери, которая едва ли одобрит такое обращение со своей дочерью.

Если в сердце мисс Райт и была хоть капля добра, это не заметно в том, как она описывает свою юную подопечную в отзыве, подготовленном как часть внутреннего рассмотрения запроса Лены Уэстон.