Действие вместо реакции

В медитациях очищения возница разума развивает свою мускульную силу. Он упражняется в искусстве сохранять постоянную бдительность и своевременно натягивать поводья. Мы держим глаза открытыми и отсекаем лишние взбрыкивания коней и дребезжания колесницы ума, отказываясь подпитывать их энергией. Таким образом устраняется принудительный шум из мыслей, эмоций, волевых импульсов, а также разнообразные искажения и фантомы восприятия.

Основа медитаций очищения есть искусство осознанного недеяния. Это развитие нашей способности не делать того, что ум привык делать автоматически, неосмотрительно и в навязчиво-принудительной манере.

С нейробиологической точки зрения, в медитациях очищения мы тренируем силу своей разумной воли, а в особенности – способность дорсолатеральной префронтальной коры избирательно глушить сигналы из лимбической системы. В результате этого достигается прямой контакт с ситуацией.

Сам Будда не использовал никакого термина, который бы объединял в себе все медитации очищения. Самым близким словом в его лексиконе было, пожалуй, слово samādhi. На языке пали и на санскрите оно означает «собранность», «покой», «концентрация», «внутренняя гармония». Этимологически же samādhi происходит от глагольного корня sam («объединять», «сводить воедино») и существительного sama («единство», «гармония», «слияние»).

В текстах Палийского канона, однако, самадхи не обозначало ни отдельной медитативной техники, ни какого-то их специфического набора. Будда понимал под ним просто одно из благих состояний ума, достигаемых в медитации, когда наш ум является собранным, очищенным и устойчиво концентрированным. За века, прошедшие после смерти Будды, сложилась традиция называть самадхи особую группу медитативных техник. Здесь мы будем использовать это слово как синоним медитаций очищения в указанном выше смысле.

Медитации прозрения: випассана

Если мы хотим что-то поменять, сама логика вещей подсказывает нам всего лишь два общих способа. С одной стороны, мы можем расчистить территорию и создать тем самым условия для проявления своих естественных сил. Это и будет медитация самадхи. Она разбивает связи, вычищает лишнее, нарезает опыт мелкими кусочками, снимает слои реакций и искажений восприятия.

С другой стороны, мы можем задаться целью нечто добавить и создать что-то новое, причем на самом глубинном уровне. Это будет второй тип внутренней работы, медитация прозрения — випассана.

Палийское слово vipassanā состоит из двух частей. Во-первых, из приставки vi-, которая означает «сверх», «высший», «совершенный», «ясный», а также содержит смыслы «сквозь» и «через». Во-вторых, из глагольного корня passanā, означающего здесь «видение», «созерцание».

Випассана есть «совершенное видение» или «ясное видение», но это не пустой и пассивный акт наблюдения. Он является творческим. Випассана обнаруживает и устанавливает новые и глубинные единства внутри того самого опыта сознания, который был вычищен и нашинкован в мелкую соломку мечом самадхи вплоть до тончайших ощущений и мыслеформ.

Всякое созидание в уме есть некое новое прозрение. Такое тождество не должно нас удивлять, если вспомнить, что созидание всегда есть образование новой информационной связи. Информация организует умственную энергию и задает ее движению определенное русло. Она придает энергии форму.

Все наши привычки, знания, восприятия, реакции и действия имеют информационную природу. С точки зрения нейробиологии, они содержатся в связях между нервными клетками. Следовательно, всякий акт глубинного и совершенного созидания, выковывающий новые информационные связи между явлениями и смыслами, есть акт прозрения.

Если самадхи отсеивает шум, то випассана создает новый сигнал. В ней достигается целенаправленное изменение информационной модели мира и, как следствие, нашей модели поведения. В випассане мы подвергаем глубокому исследованию те или иные существенные явления жизни. Мы достигаем этого как с помощью понятий языка, так и бессловесными, интуитивными формами понимания. Это попытка взять в свои руки более сознательно то, что обычно происходит в нас на автопилоте или же в полуавтоматическом режиме.

Опять же, необходимо сделать оговорку, что Будда называл випассаной не какую-то отдельную медитацию или тип медитативных техник, а лишь определенный процесс в нашем уме и соответствующее состояние глубинного понимания. Как и самадхи, випассана не есть строго стандартизированное понятие, а потому в ряде случаев может трактоваться иначе, нежели здесь.

Естественно, самадхи и випассана, очищение ума и прозрение, не обособлены друг от друга, а тесно переплетены. Не случайно в текстах Палийского канона они обыкновенно упоминаются в паре. Понимание очищает, а очищение прокладывает путь для понимания.