Вот уже не одно десятилетие они не просто изучают мозг и медитацию, но активно проводят публичные встречи и семинары с Далай-ламой, сотрудничают с монастырями Тибета и Индии и проводят эксперименты с монахами.
Среди сотен и тысяч специалистов в России наш выбор пал именно на этих ученых, поскольку их пример особенно показателен. Они прекрасно иллюстрируют глобальную тенденцию: сегодня серьезное научное исследование медитации, практика медитации, признание ее ценности и эффективности не есть удел неких эзотериков, мистиков, искателей истины с загадочного Востока и всевозможных уличных шарлатанов.
Анохин, Медведев и Каплан – это не охотники за привидениями, не сумасшедшие ученые-эксцентрики, находящиеся на отшибе науки и изучающие пришельцев. Они не являются отвергнутыми официальной наукой иконоборцами и не ходят по тонкой грани между фактами и фантазиями. Напротив, это крупнейшие исследователи с блестящей репутацией и историей публикаций, директора ведущих государственных центров по исследованию мозга.
Их работа не просто официальна, уважаема и одобряема коллегами-учеными. Честно говоря, не так-то просто найти в российской нейробиологии кого-то с большим авторитетом, списком всяческих титулов, званий, публикаций и научных заслуг.
На Западе серьезный научный интерес к буддизму и медитации сложился еще раньше, чем в России. Сегодня и в США, и в европейских странах число выдающихся нейробиологов, занятых исследованием медитации, столь велико, что их перечисление стало бы похоже на телефонный справочник.
Здесь мы не будем тратить время на однообразные биографические сводки, тем более что всю эту информацию можно легко найти самостоятельно. Необходимо, однако, отдать себе ясный отчет в сложившейся ситуации. Медитация уже давно стала респектабельной темой среди крупнейших нейроученых мира, следующих самым строгим стандартам науки. И это справедливо как для России, так и за ее пределами.
К сожалению, многие еще плохо об этом осведомлены и потому держатся за устаревшие предубеждения. Мы окажем и себе, и им помощь, если продемонстрируем, насколько эти предубеждения далеки от реальности.
Работа с сознанием является благой в процессе и благой по своим результатам. Во многих ключевых аспектах она может быть экспериментально проверена и находится под протекцией как древней духовной традиции, так и современной науки. Это значит, что нам не нужно полагаться на пустые слова и обещания. Мы можем во всем убедиться сами. Медитация требует от нас не слепой веры, а наоборот, развития разумного понимания себя и мира.
Более того, медитация представляется совершенно безальтернативным занятием. Мы не можем не заниматься ей и не интересоваться ей, если мы вообще хотим по-настоящему двигаться вперед. Для движения тела нам необходимо учиться применять свои телесные мускулы. Для движения ума нам необходимо учиться применять свои психические мускулы. Другого выхода просто нет. Любое же целенаправленное применение нами высших форм нервной деятельности для ее очищения и совершенствования с неизбежностью становится медитацией.
Мы уже много говорили о первостепенной необходимости работы со своим умом. Этот обзор, однако, будет неполным, если мы хотя бы вскользь не затронем и сферу общественного. Неустроенный и омраченный ум, подобно губке, впитывает в себя болезни окружающей среды. Он ничего не может противопоставить дурным влияниям общества и становится чужой марионеткой, сам того не сознавая.
Без духовной практики мы не только легко поддаемся чужой манипуляции и впитываем информационные бациллы мира. Мы сами превращаемся в разносчиков невежества и конфликтных эмоций, пронизывающих ум. Искажения восприятия, неврозы и психозы индивидов суммируются и умножаются, а затем образуют безумства целых социальных групп и государств. Они лежат в основе всех массовых побоищ и иных социальных трагедий.
Все это еще больше повышает важность духовной практики. Устранение омрачений в головах индивидов есть единственный способ преодолеть взаимное разрушение человеческих сообществ и понизить токсичность внешней среды, в которой живем мы и в которой будут жить наши потомки.