Читаем Действие вместо реакции полностью

Кибернетическая система производит реакцию и незамедлительно получает информацию о ее итогах, то есть получает обратную связь от мира. На основе обратной связи она и меняет собственное поведение. Так младенческий мозг лепечет, слушает себя, а затем лепечет лучше.

Ум есть саморегулирующаяся система. Саморегуляция же происходит за счет того, что сигнал на выходе из системы становится сигналом на входе и меняет следующий сигнал на выходе. Человеческая способность меняться и любое обучение и развитие основаны на постоянно работающих информационных кольцах, на механизме обратной связи.

Казалось бы, все так ловко устроено. Почему же тогда мы столь часто наблюдаем ошибки и сбои, как в работе своего мозга, так и в работе любого устройства? Чтобы лучше объяснить это, кибернетика вводит еще два фундаментальных понятия, которым тем не менее было уделено незаслуженно мало внимания как таковым. В их исследовании мы прибегнем к помощи очередной иллюстрации.

<p>Шум и сигнал</p>

Долгое нахождение в толпе крайне утомляет. Людская масса обволакивает вас, затем сжимает, затем снова отпускает, затем снова сжимает. Все вокруг пихается, гудит, кричит и сотрясается в непрерывном броуновском движении.

Особенно тяжело приходится, если вы потерялись и вам срочно требуется найти в этом столпотворении вполне определенного человека. Вы принимаетесь продираться через густую человеческую среду и отчаянно пробуете выхватить в ней знакомое лицо и услышать знакомый голос.

Со всех сторон на мозг обрушивается мельтешение телесных ощущений, звуков, запахов, форм и красок – все что угодно, только не то, что вы ищете. Вы видите лицо, но не то; вы слышите окрик, но не тот; вас трогают за плечо, но это лишь очередная случайность. Ум получает море информации, но не той. В кибернетике такая информация называется шум.

На входе в нашу нервную систему шум представляет собой информацию, обладающую крайне низкой полезностью или же вредящую нашим интересам. С одной стороны, это может объясняться тем, что она просто не была вами должным образом понята и не была дешифрована. К примеру, вы увидели того самого человека и до ваших ушей долетел его радостный окрик, но вы не распознали его и прошли мимо. Для вас это был всего лишь шум.

С другой стороны, шумом может быть и информация, которая в целом кажется вам весьма полезной, но только не в данных обстоятельствах жизни.

Допустим, вы являетесь увлеченным шахматистом и еще недавно горели желанием узнать, как прошел вчерашний шахматный турнир. Сейчас, впрочем, это сошло с повестки дня. Вам звонит товарищ и хочет рассказать все в мельчайших подробностях, но вы вежливо обрываете его и спешите откланяться. «Не сейчас», – говорите вы. Пока что эти любопытные сведения есть лишь шум, отвлекающий вас от поисков.

Шум стягивает на себя энергию, необходимую для чего-то другого, или же толкает на ошибочные решения. За счет этого он и причиняет вред. Понятие шума неизбежно предполагает собственную противоположность – сигнал. Сигналом в кибернетике называют полезную информацию в тех же самых смыслах, в каковых шум является малополезной или вредной. Это то, что помогает нам реализовывать свои потребности и интересы, выполнять поставленные задачи.

Различие между шумом и сигналом является расплывчатым и подвижным, то есть относительным. Если вы оказались в толпе, чтобы наблюдать за ее кипучей жизнью, тогда все вокруг является для вас сигналом. Если же вы ищете там определенного человека, все это становится шумом.

Пластичность многих фундаментальных понятий, однако, никоим образом не есть их изъян. Они всего лишь отражают динамическую сущность жизни. Реальность подвижна и относительна, потому понятия, отражающие ее ключевые свойства, должны обладать схожей природой. Шум и сигнал есть строгие научные термины, но они не являются четко определимыми раз и навсегда, потому что мир не может быть загнан в тесную и жесткую понятийную клетку.

Фундаментальной задачей кибернетики и всякой живой или неживой кибернетической системы является отделение шума от сигнала и преобразование шума в сигнал. Наш ум, потерявшийся в толпе, как и датчик GPS в мобильном телефоне, должны обладать способностью понимать, что говорит им мир, и отсеивать важное от неважного.

<p>Происхождение шума и сигнала</p>

После долгих поисков, которые уже начали казаться тщетными, мы обнаруживаем в людской толчее потерянного товарища. В порыве восторга мы подаем ему знаки руками, подпрыгиваем и оживленно машем. Увы, он стоит слишком далеко и не может нас увидеть.

Мы принимаемся кричать, но голос выходит тихим и хриплым; он тонет в общей многоголосице. Все оказывается без толку. Мы производим информацию, предпринимаем действия, но они не приносят желаемого результата. А значит, мы производим шум – низкоэффективные или даже вредоносные изменения во внешней или внутренней действительности, уменьшающие степень ее упорядоченности[20].

Перейти на страницу:

Все книги серии Нонфикшн. Лекции

Сказки. Фантастика и вымысел в мировом кинематографе
Сказки. Фантастика и вымысел в мировом кинематографе

Джеймс Кэмерон и Хаяо Миядзаки, Стивен Спилберг и Гильермо дель Торо, Кристофер Нолан, Ларс фон Триер – герои новой книги Антона Долина. Главные сказочники мирового кино находят способы вернуть нас в детство – возраст фантастических надежд, необоримых страхов и абсурдной веры в хеппи-энд.Чем можно объяснить грандиозный успех «Аватара»? Что общего у инфантильного Тинтина и мужественного Индианы Джонса? Почему во всех мультфильмах Миядзаки герои взлетают в небо? Разбирая одну за другой сказочные головоломки современного кино, автор анализирует вселенные этих мастеров, в том числе и благодаря уникальным интервью.Вы узнаете, одобрил ли бы Толкин «Властелина колец» Питера Джексона? Была ли «Форма воды» ответом советскому «Человеку-амфибии»? Могут ли шоураннеры спасти жизнь очередному персонажу, которого задумал убить Джордж Мартин?Добро пожаловать в мир сказок Антона Долина!

Антон Владимирович Долин

Кино / Критика / Культурология
Только безумцы могут изменить мир: искусство и безумие
Только безумцы могут изменить мир: искусство и безумие

Альберт Эйнштейн сказал, что «безумцы, уверенные, что способны изменить мир, на самом деле его меняют», но так ли это? Безумие – иррационально, оно показывает новое мышление, способное открывать, смотреть, чувствовать и постигать этот мир иначе.В этой книге автор сталкивает два мира: искусство и психологию. Какая леди преследовала Эразма Роттердамского? Так ли были безумны Ван Гог и Эдвард Мунк? Как страх и величие перед смертью и неизвестностью вдохновляли безумных гениев? Настолько ли безумцы безумны и как феномен «сумасшедшего творца» распространился по миру искусства? На самых ярких примерах из биографий Моцарта, Энсора, Магритта и многих других, автор аккуратно, но в тоже время настойчиво, проводит тонкую историческую нить безумия до нашего времени и дает ответы на эти и многие другие вопросы.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Ламберто Маффеи

Биографии и Мемуары / Публицистика
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже