Читаем Действие вместо реакции полностью

Это совсем не выбор в пользу радости, покоя и упоения, которые мы по справедливости ассоциируем со счастьем. Существуют способы получить их намного больше и вернее, нежели так. Выходит, есть какая-то сторонняя сила, иной центр гравитации, и он оказывается могущественнее потребности в счастье.

Дабы прочувствовать присутствие в себе этой первоценности, можно поставить мысленный эксперимент. Вообразите, что технологии осуществили очередной рывок вперед. Теперь перед вами открылась возможность навсегда переселиться в виртуальную реальность. Вы уснете, а ваше тело на веки вечные будет помещено в высокотехнологичную капсулу с как минимум столетней гарантией поддержания в вас жизни. Ваше тело будет неподвижно, но мозг продолжит жить активной жизнью.

Вы погрузитесь в специально созданную для вас счастливую иллюзию и при этом будете полностью уверены, что это реальность. В соответствии с последним словом науки виртуальная реальность будет спроектирована так, чтобы максимизировать ваше удовлетворение от жизни. Это будет воплощенная мечта, подлинная сказка со стопроцентной правдоподобностью.

Кому-то подобное предложение может показаться привлекательным, но опросы показывают, что таких меньшинство. Лишь небольшое число людей гипотетически готовы были бы переселиться в виртуальную эйфорию. Еще меньшее число согласились бы провести остаток своей жизни в сладостной наркотической коме. Да, в ней у нас будет возможность непрерывно и неустанно парить на небесах блаженства и переживать чистейшее счастье, на которое мозг только способен. Но почему же это не звучит столь уж заманчиво?

Если в мире все клином сходится на счастье, подобная реакция выглядит по крайней мере очень подозрительно.

В счастливой иллюзии или в наркотической коме нам негде развернуться. Там не с чем работать, некуда расти и двигаться. Это бесконечное счастливое кружение на месте. Жизнь в ней тесна, как тюремная камера. Вернее, она тесна, как гроб, в котором мы можем наслаждаться, но едва способны пошевелиться. Вот что пугает нас. В своей сущностной неподвижности и в своей тотальной несвободе пребывание в счастливой иллюзии напоминает смерть и небытие. Нечто внутри человека испытывает к этому глубокое отвращение, сколь бы много блаженства такой гроб нам ни сулил.

<p>Творчество</p>

Есть и более глубокая причина, почему счастье не является первоценностью и ключом к смыслу существования. У большинства живых существ просто отсутствует возможность его испытать. В их нервных системах нет соответствующих механизмов, а самое же главное – там нет никакого «Я», никакого получателя потенциальных переживаний. Устройство простейших организмов не предполагает объединения информации в центральной точке.

Что же сбило с курса столь великий ум, каким был ум Аристотеля? По крайней мере часть ответственности за это лежит на формировавшемся в то время античном антропоцентризме. Согласно ему, человек есть пуп земли и мера всех вещей и ничего больше и глубже нет (кроме гипотетически существующих богов, в которых тогда верили все меньше). Человек считался точкой отсчета, с которой должно вестись познание всего.

Сегодня, однако, мы знаем, что человек является плотью от плоти мира. Мы дети природы и не слеплены из какого-то особого волшебного вещества, радикально отличающего нас от всего остального. Об этом говорят как все данные науки за последние столетия, так и одна из магистральных линий в развитии мировой философии за две с половиной тысячи лет.

Счастье возможно лишь для крошечной части мира вокруг и при этом лишь в отдельных случаях. Потому оно не может являться ключом к нашему устройству. Оно есть частное проявление более глубинного слоя реальности.

Чтобы добраться до подлинного фундамента, нам нужно исследовать все доступное многообразие действительности внутри себя и вокруг и задаться принципиальным вопросом. Какое динамическое свойство объединяет все это? Это свойство должно быть повсюду: и в электронах, и в атомах, и в молекулярных связях, и в звездах на небе, и в бактериях, и в растениях, и в человеке, и в нашем обществе.

То, что мы находим по итогам такого умственного упражнения, есть энергия. Энергия пронизывает все, и эта энергия является созидательной. Ей присуща способность к взаимодействию и самоорганизации, к образованию все более и более сложных форм.

В неживом мире она проявляется как эволюция неживой материи. С точки зрения науки, именно способность материи к самоорганизации и к усложнению форм (которую по всей строгости можно определить и как творческую способность) и создала весь мир. Так возникли и мельчайшие частицы вещества, и звезды, и планеты, а также все, что на них есть, включая нас самих.

Перейти на страницу:

Все книги серии Нонфикшн. Лекции

Сказки. Фантастика и вымысел в мировом кинематографе
Сказки. Фантастика и вымысел в мировом кинематографе

Джеймс Кэмерон и Хаяо Миядзаки, Стивен Спилберг и Гильермо дель Торо, Кристофер Нолан, Ларс фон Триер – герои новой книги Антона Долина. Главные сказочники мирового кино находят способы вернуть нас в детство – возраст фантастических надежд, необоримых страхов и абсурдной веры в хеппи-энд.Чем можно объяснить грандиозный успех «Аватара»? Что общего у инфантильного Тинтина и мужественного Индианы Джонса? Почему во всех мультфильмах Миядзаки герои взлетают в небо? Разбирая одну за другой сказочные головоломки современного кино, автор анализирует вселенные этих мастеров, в том числе и благодаря уникальным интервью.Вы узнаете, одобрил ли бы Толкин «Властелина колец» Питера Джексона? Была ли «Форма воды» ответом советскому «Человеку-амфибии»? Могут ли шоураннеры спасти жизнь очередному персонажу, которого задумал убить Джордж Мартин?Добро пожаловать в мир сказок Антона Долина!

Антон Владимирович Долин

Кино / Критика / Культурология
Только безумцы могут изменить мир: искусство и безумие
Только безумцы могут изменить мир: искусство и безумие

Альберт Эйнштейн сказал, что «безумцы, уверенные, что способны изменить мир, на самом деле его меняют», но так ли это? Безумие – иррационально, оно показывает новое мышление, способное открывать, смотреть, чувствовать и постигать этот мир иначе.В этой книге автор сталкивает два мира: искусство и психологию. Какая леди преследовала Эразма Роттердамского? Так ли были безумны Ван Гог и Эдвард Мунк? Как страх и величие перед смертью и неизвестностью вдохновляли безумных гениев? Настолько ли безумцы безумны и как феномен «сумасшедшего творца» распространился по миру искусства? На самых ярких примерах из биографий Моцарта, Энсора, Магритта и многих других, автор аккуратно, но в тоже время настойчиво, проводит тонкую историческую нить безумия до нашего времени и дает ответы на эти и многие другие вопросы.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Ламберто Маффеи

Биографии и Мемуары / Публицистика
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже