Действие вместо реакции

Наконец, поясная кора может вынести вердикт, что и правда произошло нечто плохое. Тогда она произведет множество импульсов отторжения, и тотчас же в нашем уме распустится яркий бутон боли. Некоторое время он просуществует в свете сознания, а затем лепестками осыплется на его дно.

Однако эта автоматическая реакция может и не последовать. Как выяснил выдающийся нейробиолог Вилейанур Рамачандран, у ряда пациентов связи между поясной корой и островковой долей мозга повреждены[42]. При возникновении болевого стимула их поясная кора, что называется, и в ус не дует. Втыкание в таких людей острых предметов и другие страшные экзекуции вызывают у них весьма необычные реакции: от невозмутимого внимания до улыбки или смеха. Заявка на боль не получает одобрения.

В равной мере, когда кто-то произносит ранящие нас слова или мы переживаем личную трагедию, нам кажется, что сами эти события заряжены страданием. Но это не так. Они абсолютно нейтральны; негативной является только реакция на них. Мы всегда раним себя сами.

Когда речь идет о физической боли, способность ума целенаправленно устранять избыточные болевые ощущения велика, но все-таки ограничена. Эволюция позаботилась о том, чтобы столь важный и низкоуровневый процесс, как массовое разрушение тканей тела, не остался для нас незамеченным.

В случае с иными формами страдания, наши возможности поистине огромны, потому что эмоции напрямую подчинены разумному контролю и процессам восприятия. Мир постоянно формирует заявки на причинение нам страдания, и наш малый ум принимает их автоматически и в массовом порядке. Он ставит подпись не глядя, хотя способен ответить и отказом. Его инстинктивная покорность оказывается весьма неосмотрительной.

Ранее мы сравнили страдание с индикатором, с красной лампочкой, сообщающей о расхождении мира с нашими потребностями, желаниями и планами. Такой индикатор может быть полезен, но вот что происходит, если красная лампочка постоянно мигает? Если она сияет выжигающим сетчатку светом адского пламени?

Это слепит водителя и мешает ему следить за дорогой. Он теряет управление, сбивается с маршрута, попадает в аварии, а его путь превращается в настоящее мучение.

I. Усталость и слабость

Огромные объемы энергии ума уходят на то, чтобы страдать и питать аварийную лампочку светом. А между тем, девять десятых наших отрицательных переживаний даже не выполняют своей главной функции. Они не оповещают об опасности, а лишь увеличивают совокупность проблем.

Остервенелое мигание красного индикатора выводит ум из равновесия, и это особенно глупо, потому что по большей части он предупреждает о вымышленной опасности. Мы страдаем не из-за того, что происходит сейчас. Мы страдаем из-за прошлого, из-за будущего, а еще из-за своих фантазий о них. Это не просто то, чего еще нет, но то, чего никогда не было и не будет.

Многие же срабатывания аварийного сигнала являются просто ошибками в расчетах и никак не связаны с тем, что какие-то наши потребности не удовлетворены и существует некая реальная угроза. Это просто галлюцинации ума, галлюцинации страдания в самом строгом смысле этого слова. В нашем мозге возникают ошибки в интерпретации, и машина самоистязания включается без какого бы то ни было основания.

Мы переживаем из-за участков трассы, которые мы давно миновали, из-за прогноза погоды на следующую неделю, из-за своих гипотез о будущих крутых поворотах, из-за своих галлюцинаций. Все это закрывает от нас реальную дорогу перед глазами. Все это ложные срабатывания. И первое, что они рождают, это усталость.

Страдание крайне утомительно. Оно будоражит лимбическую систему, и та начинает сходить с ума. Кортикальная система пытается ее успокоить и урезонить, но это расходует ее ресурсы. Как следствие, от сильного стресса как силы разума, так и возможности интеллекта идут на убыль. Взвинченные эмоции выступают физиологическим антагонистом высших форм нервной деятельности и подавляют работу соответствующих нейросетей в нашем мозге.

Многочисленные исследования показали, что повышенный стресс резко снижает способность человека к самоконтролю и качество принимаемых нами решений.

Наши поступки становятся узко эгоистичными и менее справедливыми. Ослепленные красным светом, мы перестаем видеть дальше своего носа и совершаем ошибку за ошибкой. Все это равноценно слабости. Страдание ослабляет и за счет того, что расходует много энергии, и за счет того, что оглупляет. Глупость же всегда является слабостью.

Страдание не помогает нам даже перед лицом проблем и катастроф. Те силы, которые могли бы пойти на реальное взаимодействие с ситуацией, тратятся на чисто воображаемое эмоциональное сопротивление ей, на производство бросового товара в виде тонн недовольства, тревоги, терзаний, метаний, страха и отчаяния.

II. Раздражительность, злость и агрессивность