Добаюкивание внутреннего ребенка. Нежная терапия детских травм, которые мешают во взрослой жизни

Это очень глубокое экзистенциальное переживание отвержения не только мамой, но и вообще всем миром, ощущение себя нежелательным во всем мире. С этим опытом сложно работать, потому что он появился до речи, и к нему нельзя прийти через беседу, через слова, через обычную психотерапию, но можно прийти через перепроживание телесного опыта с помощью холотропного дыхания, «Добаюкивания» и ряда других телесных практик, дающих возможность прожить свой внутриутробный период.

У ребенка отвержение может проживаться, когда родители ждут ребенка определенного пола и вдруг по УЗИ узнают, что ребенок нежелательного пола. Появляется глубокое отвержение себя как женщины или мужчины. Это очень глубинный уровень, который просто так невозможно увидеть, его можно перепрожить, получив доступ к телесным переживаниям того периода.

Не все люди переживают отвержение, которое связано с тем, что мама думала об аборте.

Если говорить о рождении, то роды зачастую ребенком бессознательно проживаются как некое отвержение, изгнание. В какой-то момент его дом, мамин животик, который был таким теплым, таким нежным, дом, в котором можно было жить и чувствовать себя спокойно и безопасно, начинает его изгонять.

Есть концепция о том, что роды могут быть оргазмическими, и о том, что, когда ребенок и мама проживают их как команда, рождение случается благостно. Такой опыт может не оставить глубоких травматичных отпечатков в бессознательном ребенка.

ВТОРОЙ ПУТЬ ПОЯВЛЕНИЯ СТРАХА БЫТЬ ОТВЕРГНУТЫМ СВЯЗАН С КОРМЛЕНИЕМ ГРУДЬЮ.

Еда для младенца неотрывно связана с мамой и выживанием, а кормление грудью несет глубокое соединение и близость с самой главной фигурой привязанности в жизни. Это невозможно переоценить.

Мама, которая кормит ребенка по часам или фанатично придерживается каких-то идей о кормлении, не слышит ребенка и его потребностей, становится эмоционально недоступной для малыша. Он тяжело это переживает, проявляя мощный заряд эмоций: от гнева до отчаяния. Если все тщетно и мама продолжает ориентироваться на систему, а не на потребности ребенка, то в результате младенец может переживать отсрочки по кормлению как отвержение.

Следующий опыт такого же глубинного отвержения происходит, когда ребенка отлучают от материнской груди и малыш переходит на питание обычной пищей. Это тоже воспринимается как некое отвержение, отсоединение, сепарация. Отлучение от груди (даже в самом слове заложен смысл некого отвержения) проходит особенно болезненно, если мама делает это не экологично, не понимая, не осознавая того, как переход на новый этап переживает ребенок, а стремится к тому, чтобы быстрее закончить грудное вскармливание и отвязаться.

Задача младенческого возраста – это выживание и создание привязанности, то есть надежной связи хотя бы с одним значимым взрослым. Эта задача записана на уровне инстинктов, она прошита в теле ребенка. Существует множество механизмов, для того чтобы привязать к себе маму и самому к маме привязаться, чтобы мама любила, ведь если она вдруг откажется от малыша, то это может привести к его смерти. Страх смерти чрезвычайно силен, и потому в нас настолько сильны инстинкты выживания.

Ребенок не привязывается к каким-то хорошим, добрым, светлым людям, он привязывается к тому, кто реально обеспечивает ему безопасность и уход. Он не выбирает фигуру привязанности, а создает отношения с тем, кто всегда рядом.

Если в детстве сформировалась надежная привязанность с мамой, она была достаточно контактна, достаточно надежна и стабильно осуществляла уход, давала эмоциональное тепло, откликалась на потребности ребенка, принимала его в каких-то тяжелых переживаниях и чувствах (в гневе, в слезах и так далее), то у ребенка создается надежная связь с мамой и надежная связь с собой. Тогда базовый страх быть отвергнутым просто не активируется.

ТРЕТИЙ ПУТЬ ПОЯВЛЕНИЯ СТРАХА БЫТЬ ОТВЕРГНУТЫМ – ХРАНЯЩИЙСЯ В ПАМЯТИ ОПЫТ, КОГДА НАС ОТВЕРГАЛИ.

Больше всего ранит отвержение со стороны значимых фигур. Это могут быть близкие друзья, сестры и братья, родственники и возлюбленные.

Тогда наш страх основан не только на инстинкте, но и на жизненном опыте, который мы помним.

Бывает так, что ребенок переживает столь сильные, затапливающие чувства, которые невозможно вынести, в этом случае могут активироваться психологические защиты. Это может быть обесценивание, может быть отстраненность, может быть отчуждение, могут быть какие-то другие защитные стратегии, помогающие уберечь тонкую и нежную уязвимую самоценность.

Большая опасность в том, что, если ребенка часто отвергают значимые люди, он интегрирует этот опыт, который становится впоследствии частью отношений с собой.

Мы так боимся отвержения во взрослых любовных отношениях, потому что знаем, как это больно и страшно в детстве.