Доброе утро, монстр! Хватит ли у тебя смелости вспомнить о своем прошлом?

ИНОГДА ТЕРАПИЯ УСКОРЯЕТСЯ, когда пациент начинает понимать, как работает подсознание, и осознает свои права на личные границы. С учетом этого я попросила Дэнни повторить инцидент, произошедший в первый год терапии. Он выглядел озадаченным. Я сказала, что мне нужно его разрешение. Он нехотя согласился, пробормотав:

– Боже, как же я ненавижу приходить сюда.

Я сказала, что необходимо воспроизвести один момент из нашей терапии и хочу, чтобы он, новый Дэнни, человек, который имеет право контролировать свою жизнь, ответил мне. С едва заметно улыбкой он произнес:

– Оу, кажется, сейчас я понял, что произойдет.

Это было рискованно, но я собралась с духом.

– Дэнни, я думаю, что вы часто становились жертвой сексуального насилия, потому что вы высокий и симпатичный. – И задержала дыхание.

Он сел на край кресла, маленькие капли пота проступили на его лбу.

– Доктор Гилдинер, не называйте меня «симпатичным». Я не думаю, что именно в этом и заключается ваша работа, к тому же я чувствую себя дискомфортно.

– Дэнни, извините, что я сказала это. Не хотела заставлять вас испытывать дискомфорт. Я больше не буду говорить подобных вещей.

Он улыбнулся:

– Ого, это могло бы стать нашей с вами шуткой. Не могу поверить, что раньше из-за этого я ушел посреди сеанса. Сейчас я понимаю, что насилие из прошлого заставляло меня трястись как осиновый лист. (Впервые Дэнни использовал слово насилие, применяя его по отношению к себе.)

– Неважно, что было, – сказала я. – У вас есть право дать отпор. И вам не обязательно каждый раз «трястись как осиновый лист».

Когда я упомянула про этот эпизод из прошлого, он потряс головой и сказал:

– У вас находятся слова на каждую мелочь, которая происходит со мной.

Дэнни лишь начал приближаться к теме сексуального насилия из прошлого, но после того, как решил проблему с ненавистной кличкой и комплиментами, стал сильнее. Он начал распознавать свои чувства и осознавать, в чем виноват, а в чем нет. Сейчас Дэнни был готов обсудить все нюансы истории с сексуальным насилием.

Позже он поделился самыми ужасными и отвратительными деталями происходящего в школе-интернате, казалось, это не слишком отягощало его. Самым болезненным аспектом оказалось общение со священником, который действительно помогал ему. Он говорил слова любви Дэнни. Говорил, какой он симпатичный, и сажал себе на колени, что воспринимается семилетними детьми в положительном ключе. Но после этого священник сексуально насиловал его, не причиняя, однако, физической боли (поэтому колени были триггером Дэнни при общении с Лиллиан, а слово «симпатичный» – при общении со мной).

Дэнни был меньше напуган жестоким сексуальным насилием со стороны главного священника школы, чем насилием со стороны доброго священника. Когда ты становишься жертвой жестокого сексуального насилия, ты знаешь, кто является врагом. Здесь нет никакой путаницы. Однако эмоциональная путаница возникала, когда он становился жертвой подобного насилия со стороны человека, который его любил и был добр к нему. Будучи маленьким одиноким мальчиком, он радовался близости и теплым чувствам от священника, но позже, когда начал осознавать происходящее, ощутил вину. Он не только потерял достоинство, но и был предан лучшим другом.

Иными словами, лучше знать, кто является твоим истинным врагом.

После разговоров про насилие Дэнни сказал, что сейчас смог бы посадить дочь к себе на колени, поскольку разобрался в некоторых своих чувствах. Для него близость и бережное отношение ассоциировались с нежелательными сексуальными знаками внимания. Он настолько запутался, что просто избегал физического контакта с дочерью.

Он уже не был таким травмированным, как раньше. После смерти жены Дэнни лишь однажды провел ночь с другой женщиной, боясь настоящей близости и интимности.

Мы обсуждали, каким бы мог быть их брак, если бы он делился чувствами с женой. Мужчина даже не мог обнять ее, не смущаясь при этом. Иногда его чувства достигали такой высокой точки, что Дэнни начинал сильно потеть, дыхание учащалось. То, что он любил больше всего, будучи семейным человеком, – поездки в машине. Дэнни клал руки на руль, жена и дочь были рядом. Он ощущал, что между ними комфортная дистанция в те моменты. Дэнни сказал, что, где бы ни находился, он каждый вечер звонил домой и очень ценил эти звонки. Находясь вдали от семьи, мужчина ощущал себя комфортно.

На следующем сеансе Дэнни рассказал, что ходил на могилы к жене и дочери. Он пытался сказать им все, что не смог сказать в прошлом.

– Я был слишком слаб, чтобы сказать им некоторые вещи, когда они были живы.