Доброе утро, монстр! Хватит ли у тебя смелости вспомнить о своем прошлом?

– Ну, у вас были определенные проблемы из детства, над которыми мы работали.

– В конце концов, мне не пришлось объяснять, почему у меня не растут волосы на груди, – сказал он двусмысленно.

Я улыбнулась и кивнула: это был обходной способ сказать, что он не нервничал, занимаясь сексом с женщиной индейского происхождения, о которой заботился, и чувствовал себя комфортно.

После небольшой паузы он буквально прошептал:

– Как-то раз она села мне на колено во время завтрака, пока я пил кофе.

Мы оба знали, что это триггер. Он посмотрел в окно и сказал:

– Я подумал о том, над чем мы с вами работали, вспомнил про эпизод с кличкой, которая мне не нравилась. Я сказал ей: «Мне не нравится, когда люди садятся ко мне на колени». Она тут же встала, но выглядела расстроенной и смущенной, поэтому я объяснил: «Это напоминает мне про плохие моменты, которые я пережил в школе-интернате. Дело не в тебе». Кажется, она все поняла и не стала обижаться. Если честно, я сначала боялся, не хотел, но сделал это. Я должен был, ведь иначе все могло получиться, как с женой. Я не хочу повторения той ситуации.

– Близость – это язык, который сложно выучить. Но у вас получилось.

– Думаю, я разговариваю на этом языке почти без акцента, – произнес он с оттенком сухой иронии.

Когда я спросила, живут ли Дэнни с Саисин вместе, он улыбнулся и ответил, что недавно начали: несколько месяцев назад она приехала к нему и не стала возвращаться домой.

Еще один важный этап был пройден, когда Дэнни вместе с Саисин и ее братом поучаствовали в церемонии заклинания (ритуальная встреча у североамериканских индейцев). Он сказал, что там было много людей и очень шумно, ему не очень понравилось. Я снова попыталась вдохновить его на участие в индейских целительных ритуалах.

И он попробовал: поехал в ритуальную парную недалеко от Торонто, с восемью другими мужчинами. Во время ритуала они сидели в кругу под крытым куполом, а в центре лежали раскаленные камни. Он узнал, что круглая форма вигвама олицетворяет беременную Мать-Землю; камни называются «прародителями», так как очень старые и многое повидали. Там было невероятно жарко. Камни нагревались в четыре этапа, на втором мужчины один за другим выплескивали эмоции вместе с потом, который выходил из них. Такой ритуал занимает целый день.

Дэнни сказал, что, когда на улице стало темно, он почувствовал, будто находится в горячей утробе матери. Он услышал от других мужчин «отвратительные вещи», которые преследовали и его многие годы. Чувствовал, будто был отравлен случившимся в школе-интернате; он потел, и этот яд выходил из него. Другие делились тем, что разочаровывают семьи, злоупотребляя алкоголем. Дэнни подумал, что, возможно, это хотел бы сказать его отец, если бы у него была возможность поделиться болью.

В течение следующих шести месяцев он опробовал все виды целебных практик коренного народа. Поучаствовал там, где главным атрибутом является курительная трубка, – попытался воссоединиться с Матерью-Землей и выразил надежды на будущее. Ходил на дискуссионный круг, где люди, как сказал Дэнни, «говорили, пока не выскажут все, это занимает много времени». Его любимым ритуалом было очищающее окуривание, во время которого из человека уходит плохая энергия. Он и Саисин окуривались почти каждый день, очищая дом и свои души. Дэнни это нравилось, поскольку для него ритуал стал насыщением энергией на целый день и наполнял хорошим настроением каждое утро.

Ближе к концу терапии он как-то сказал:

– Знаете, а вы были правы.

– Слышать такое – просто музыка для моих ушей, – ответила я.

Он потряс головой.

– Белые люди любят говорить, что были правы. Они готовы сказать об этом пятьдесят раз на дню.

– У меня бледная кожа и светлые волосы, поэтому я вдвойне белая. И в два раза чаще говорю о том, что была права. Скажите, в чем именно, чтобы я смогла насладиться своим успехом, – рассмеялась я.

– В терапии у белых нет духовности: это как бублик – в середине пусто, – сказал он. – Вы показали, что такое эмоции и боль, и все в таком духе, но мы не изучали ничего про духовность и исцеление души. Мне действительно была нужна целебная практика коренных жителей.

За последний месяц терапии Дэнни удалось съездить на охоту вместе с братом Саисин.

– Нам пришлось лежать на земле, чтобы выждать появления лося, – рассказал он. – Этих животных легко спугнуть. Они чувствуют, что рядом охотник. Никто не смог так долго пробыть на холоде в сорокаградусный мороз. Однако я принял вызов.

По моему лицу растянулась широченная улыбка, я была готова кричать от восторга.

– Да, да, все верно. Я пролежал в лесу на животе четыре дня, но поймал лося.