Добровольцы и ополченцы в военной организации Советского государства. 1917—1945 гг.

Важную роль в создании иностранных воинских формирований на территории СССР в годы Великой Отечественной войны сыграли Исполком Коминтерна (ИККИ) и Всеславянский антифашистский комитет (ВСАК). Их деятельность включала подготовительную пропагандистскую работу, направленную на мотивацию к переходу военнослужащих вражеских армий на советскую сторону и к добровольному вступлению военнопленных в ряды иностранных воинских частей, созданных в СССР. Эти организации также принимали непосредственное участие в создании воинских частей, подборе для них кадров коммунистов и их дальнейшем политико-пропагандистском (культурно-просветительском) обслуживании. Работа ИККИ и ВСАК осуществлялась на единой идеологической платформе, соответствовавшей установкам советской внешней политики. Роспуск Коминтерна в 1943 г. в этом отношении ничего не изменил – его работу в части идеологического обслуживания иностранных формирований продолжили выполнять зарубежные бюро соответствующих компартий и Отдел международной информации ЦК ВКП(б), принявший на себя основные функции Коминтерна.

ИККИ и ВСАК активно продвигали среди своих целевых групп идеи национального возрождения и освобождения из-под гнета германского нацизма. В отношении военнослужащих румынских, венгерских и французских формирований использовался также мотив свержения коллаборационистских правительств. Во всех случаях патриотические лозунги, безусловно, превалировали как во внутренней воспитательной работе, так и во внешнем позиционировании иностранных войск. Более того, идя навстречу национальным и воинским традициям восточноевропейских стран, советские власти допускали религиозное окормление иностранных войск.

Не будет преувеличением сказать, что политические мотивы в строительстве и боевом применении иностранных войск нередко перевешивали собственно военные. Отсюда исходило обоюдное стремление и советской, и иностранной стороны «поберечь» воинские части до вступления на территорию родного государства. Мотив «демонстрации флага» присутствовал всегда и был одинаково важен как для советской стороны, так и для политических акторов, вступивших с Советским Союзом в военно-политическое сотрудничество. Совместная вооруженная борьба с нацизмом как ничто лучше легитимировала политические силы, находившиеся в уязвимой позиции изгнанников. Это делало их крайне заинтересованными в сотрудничестве с Советским Союзом и создании «своих» воинских частей под патронатом могущественной державы. И чем ближе и очевиднее было окончание войны, тем больше было желание стать на сторону победителя, хотя бы символически поучаствовать в общей победе. Например, в марте 1944 г. норвежская сторона сама предложила СССР отправить на советско-германский фронт хотя бы один батальон своих войск, сформированных в Швеции, причем не возражала против того, чтобы он использовался на любом участке фронта.

При этом было бы грубой ошибкой воспринимать союзные СССР левые силы и опекаемые ими воинские части безответными реципиентами «непреклонной воли» советской стороны. Они выступали в роли просителей, однако очень быстро советская сторона оказалась вовлеченной в их внутренние политические столкновения, споры и дрязги. Вполне осознавая свою нужность для формирования советского внешнеполитического курса, восточноевропейские политики и военные без особого труда добивались выделения любых материальных ресурсов для своих войск.

Для Советского Союза миссия иностранных войск была важна не менее, чем для эмигрантских правительств. Прямая военная помощь восточноевропейским союзникам давала возможность в дальнейшем участвовать в их послевоенном устройстве и международном позиционировании. Ввиду определившегося победного окончания войны советское руководство видело в иностранных войсках мощный военно-политический инструмент для послевоенного переустройства Восточной Европы. Он должен был способствовать образованию дружественных Советскому Союзу политических режимов, формированию позитивного образа Красной армии и советской власти в глазах местного населения, а также легитимации зарубежного похода Красной армии и придания ему освободительного характера. Иностранные войска вступали на территорию своих стран в числе первых и далее участвовали в освобождении их от немецко-фашистских войск плечом к плечу с войсками Красной армии. Это несло местному населению мощный политический посыл: оно воочию получало доказательства дружеского расположения СССР и Красной армии – тем более что опасения по поводу «красной» угрозы в некоторых странах Восточной Европы были не меньше, чем в отношении угрозы «коричневой».