Донское казачество позднеимперской эпохи. Земля. Служба. Власть. 2-я половина XIX в. – начало XX в.

Главным проводником правительственной политики на Дону и ответственным лицом за ее результаты являлся войсковой наказной атаман (далее – в. н. а.). С 1862 по 1905 г. на Дону сменилось 5 в. н. а.: П.Х. Граббе (1862–1865, с 1865 по 1866 г. – войсковой атаман), А.Л. Потапов (1865–1868), М.И. Чертков (1868–1874), Н.А. Краснокутский (1874–1881), Н.И. Святополк-Мирский (1881–1898) и К.К. Максимович (1899–1905). Все они были не казачьего происхождения и не местными уроженцами. Уже действовал негласный принцип, озвученный В.А. Жуковским в 1837 г.: «Хорошо дать атамана русского (здесь «русский» в смысле «не казачий». – В. Л.)»¹⁹⁹. Назначение на атаманскую должность каждого из перечисленных высших военных чиновников имело определенный политический смысл, и появление их на Дону, как, впрочем, и удаление, было не случайным. Полноценных биографий донских атаманов рассматриваемого периода еще не создано. Может быть, больше всего повезло Н.И. Святополк-Мирскому, о котором современные историки писали неоднократно²⁰⁰. Назначение атамана происходило с личного одобрения императора, подбор той или иной кандидатуры, как правило, согласовывался с военным министром. Самостоятельность в решениях важных вопросов развития Донского края у каждого атамана была разная и зависела от многих обстоятельств, в том числе от авторитета в военных кругах, от близости к императорской фамилии, от конкретной общественно-политической ситуации в стране и на Дону и пр.

Павел Христофорович Граббе (1789–1875) вступил в должность в. н. а. в сентябре 1862 г. в возрасте 73 лет. Он сменил М.Г. Хомутова, ушедшего в отставку после 14 лет управления войском Донским. П.Х. Граббе – герой Отечественной войны 1812 г., знакомец А.С. Пушкина с декабристским прошлым, командующий русской армией на Кавказе – призван был на Дон для его успокоения. Напомним, что реформаторские планы Военного министерства в начале 1860-х гг. вызвали негативную реакцию большинства донского казачества. Как утверждал Д.А. Милютин, кандидатуру П.Х. Граббе на атаманство предложил Александр II, но нельзя исключать и подсказку в этом вопросе со стороны самого военного министра²⁰¹. Фигура П.Х. Граббе обладала всеми необходимыми качествами для направления казачества в нужное русло сотрудничества с администрацией. «Высокого роста, стройный, самой нарядной наружности, от природы наделенный пышным красноречием» – так описывали современники молодого П.Х. Граббе. Прожитые годы и приобретенный опыт должны были еще более возвысить положение П.Х. Граббе перед Донским войском и затмить популярного среди казаков и не менее колоритного начальника штаба А.М. Дондукова-Корсакова, ответственного, по мнению властей, за рост «казакоманских» настроений в донском обществе²⁰². В итоге новый атаман пришелся по душе казакам, но совершенно не оправдал ожиданий Военного министерства. П.Х. Граббе пожертвовал почти дружескими отношениями с Д.А. Милютиным, оказав сначала поддержку А.М. Дондукову-Корсакову, а затем, после его отставки, не пропустив назначения в начальники штаба креатуры министерства в лице упомянутого выше А.П. Чеботарева²⁰³. Для умиротворения казачества пришлось привлечь монарший авторитет в виде высочайшей грамоты от 8 сентября 1863 г., подтвердившей все казачьи «права и преимущества» и восторженно встреченной на Дону. Содержание грамоты и вошедшие, по инициативе П.Х. Граббе, в состав местного комитета по пересмотру войскового положения выборные казачьи депутаты сделали его проекты образцом консервативной мысли. Надо сказать, что П.Х. Граббе нисколько не держался за атаманство и после негативной оценки проектов комитета в Военном министерстве в 1864 г. подал в отставку. Принята она не была, думается, в первую очередь, по политическим причинам. Но через два года П.Х. Граббе все же сместили с атаманской должности, осуществив для этого предварительно кадровые перестановки. По инициативе Александра II бывший помощник Виленского генерал-губернатора А.Л. Потапов после согласования с П.Х. Граббе в 1865 г. был назначен наказным атаманом, с повышением статуса самого П.Х. Граббе до войскового атамана на правах генерал-губернатора (см. приложение 4). Д.А. Милютин в этом деле увидел большое влияние шефа жандармов В.А. Долгорукова, своего оппонента по так называемому остзейскому вопросу²⁰⁴. С отставкой П.Х. Граббе в октябре 1866 г. должность войскового атамана была упразднена, но генерал-губернаторские полномочия были сохранены сначала лично за А.Л. Потаповым (см. приложение 5), а затем закреплены за должностью войскового наказного атамана (см. приложение 6).