Дорогая мамочка. Война во Вьетнаме глазами снайпера

Была ночь, светились только осветительные ракеты в нескольких милях от нас, там, где силы прочесывания встретили небольшое сопротивление противника.

Команда вернулась в расположение роты в 21.15 пополудни и как только ребята увидели меня, то сразу поняли, что произошло что-то плохое. За исключением редкой почты и денежного довольствия, командир отделения редко приносил хорошие вести.

Рон заговорил первым:

— Что случилось, Уард?

Я решил быть официальным и точным, по крайней мере поначалу. Я повернулся к Вуннике:

— Майк, мне очень жаль, но вчера поздно вечером скончался твой отец.

Выражение его лица подсказало мне, что он надеется на чудовищную ошибку.

— Что?

— Я думаю, ты услышал меня, Майк.

— Мой старик силен как бык. Как он мог просто взять и умереть?

— Не знаю, Майк, но я сам лично читал депешу. Она пришла из Сан-Франциско. Мне очень жаль, приятель.

Я сообщил эту новость не просто Вуннике, но и второй половине его самого, его напарнику Фиксу. Как братья по оружию и друзья, они должны были переживать оставшуюся часть ночи вместе.

На следующее утро, точно в установленное время прибыл вертолет снабжения. Когда мы сели на борт, у Вуннике начался процесс, который в течение сорока восьми часов приведет его домой. Я задумался, каким снайпером он будет, когда вернется. Вернется ли он? Я этого не знал.

На следующий день, ганни Бергер и три командира отделения собрались у него в палатке. Поскольку шкипер отсутствовал, он оставался за старшего. Когда мы все стали по стойке смирно, я попытался стряхнуть с себя нехорошее предчувствие грядущей беды.

— Садитесь, мужики. Я только что получил известие от полковника Уэбстера, что снайпер из нашего взвода подозревается в убийстве гражданского лица. Имя погибшего — Чыонг Нгуен, он жил возле деревни Бен-Дау. В преступлении подозревается Талли, снайпер из твоего отделения. Я не собираюсь привлекать к этому делу представителей гражданских или военных властей до тех пор, пока мы сами не поймем, что произошло. Нужно разобраться в этом вопросе и сделать это исключительно быстро. Я ясно выражаюсь?

— Да, сэр.

— Хорошо. А теперь ознакомьтесь с отчетом. Я жду ответа в течение недели. — И ганни вручил каждому из нас по конверту из манильской бумаги.

Мы вернулись к себе в палатку и обсудили содержимое папки. Согласно донесению, тело Чыонг Нгуена было найдено на тропе, ведущей к деревне. Он был убит выстрелом в грудь, пуля прошла сквозь тело навылет. Свидетель заявил, что он видел американского снайпера, стрелявшего в Чыонг Нгуена. Его описание подходит к одному из наших людей.

Было решено, что мы опросим снайпера и его напарника по отдельности. Таким образом, они не будут знать, почему их вызвали, и у них не будет шанса обсудить инцидент. Вернувшись в палатку, мы начали работу.

Команда показала, что в день убийства она находилась возле деревни, и вела «свободную охоту» в интересах роты, но парни ничего не знали о случившемся. Когда снайпер понял, в чем его подозревают, то был в ужасе. У него не было никакого мотива для убийства, и он был хорошим снайпером. Талли, Роджерс, и я чувствовали, что команда говорит правду, однако у нас по-прежнему был мертвый человек, свидетель, и свидетельства. Я решил спросить Ли, не сможет ли он собрать для нас недостающую информацию.

Ли уже слышал о смерти Чыонг Нгуена, но больше никто этим не интересовался. Всего за два дня он получил сведения, которые были нам нужны. Свидетель оказался родственником погибшего, и, по словам Ли, на протяжении некоторого времени между двумя мужчинами существовала вражда. Переговорив с членами обоих семей, Ли смог собрать воедино разрозненные фрагменты картины.

Меньше чем за неделю мы предоставили ганни свой отчет. Снайпер был освобожден от обвинений в каких-либо нарушениях, а сведения, собранные Ли, были переданы гражданским властям.

* * *

Снайперы-разведчики,

Ан-Хоа,

27 февраля 1970 г.