Дорогой папочка! Ф. И. Шаляпин и его дети

В общем, папа пошёл просить-умолять, чтобы дали визу – без неё нельзя было уехать. Он приходил, а ему говорили: «Подождите ещё немного, Фёдор Иванович, виза вот-вот будет готова». Через две недели опять: «Подождите ещё немного». Так Шаляпина мучили 6 месяцев, видимо, ждали, когда я подохну. А уже и впрямь умирала. Спрашивается, на что новым властям шестилетнее дитё?! Ведь даже не мальчик, из которого можно вырастить солдата! Да кто они были такие, эти советские чиновнишки? Какая-то шантрапа! Что они показали миру? Я раньше не говорила открыто, как их ненавижу, приходилось быть осторожной: ведь моя сестра Ирина жила в Москве! Да поверьте, господа, крестьянам и мужикам до революции совсем неплохо жилось! Конечно, если всё пропивать в трактире, как, например, мой дедушка по отцу, то, ясное дело, у тебя в доме хоть шаром покати. Отец Шаляпина писарем служил в Казани, в Суконной слободе. И деньжат получал достаточно. Тогда на копейку столько всякой всячины можно было накупить!

В Италии, кстати, тоже многие прельстились коммунизмом. Легко понять, кто и почему. У нас в Риме слуга был, Петруччио, милейший человек, помогал нам, мы все его любили. Он мою Анджелу в школу водил, собаку прогуливал – в общем, на редкость услужливый и приятный малый. Так вот он после войны мне мило так говорит, добренько: «Вот сейчас наступит коммунизм – и я у вас поселюсь». Спрашиваю: «А где же я буду жить?» – «Вы можете сюда, когда хотите, приходить, милости просим…» Он не умел ни читать, ни писать, но хотел быть богатым, хозяином…

* * *

Сотрудницы дома-музея Ф. И. Шаляпина в Санкт-Петербурге старались задавать вопросы на тему «Шаляпин и женщины». Одна из них спросила Марину:

«Правда, что ваш папа так любил женщин? Вот рассказывают, что однажды ваша мама сказала ему: «Фёдор, там пришли две русские дамы к тебе…» – «И что они хотят?» – «Одна говорит, что хочет иметь от тебя дочку!» Фёдор Иванович небрежно бросает: «Только не сегодня!»

Марина Фёдоровна только улыбнулась…

Проезжая мимо Исаакиевского собора, Марина заметила: