Дорогой папочка! Ф. И. Шаляпин и его дети

Борис Шаляпин, 1975 г.

Когда я писал Тосканини, а он мне не позировал – я делал наброски на его репетиции с оркестром в Карнеги-Холл. Он постоянно останавливал оркестр, злился на бездарность музыкантов, а этого он не прощал никому. Помню, он говорит одному музыканту: «Пиано, пиано. Здесь играйте пиано». Тот начинает играть тише. Тосканини вновь останавливает оркестр. «Синьор, пиано!!» Тот играет ещё тише. Тогда в сердцах Тосканини кричит незадачливому музыканту: «Вы теперь играете так тихо, что я Вас не слышу. Вы должны играть пиано по отношению к оркестру в целом, а не к дирижёру…» Потом, наклонившись ко мне, тихо заметил: «Уж эти мне синьоры. Настоящий музыкант должен чувствовать звучание оркестра в целом, а не только слушать себя». Тосканини – самый вдохновенный дирижёр из всех, кого я знал.

Прокофьева я знал, но портрет его писал по фотографии. Его музыку я любил, встречался с ним в Париже у Н. Бенуа на «журфиксах». Тогда я подметил его интересную черту: он никогда не поддерживал светских разговоров, всегда говорил только с тем, кто ему интересен, в ком чувствовал личность. И тогда был очень внимателен к собеседнику.

Я стремлюсь создать коллекцию портретов выдающихся деятелей искусств, чтобы сохранить их образы для потомков. Как мало у нас прижизненных изображений Пушкина, и как это грустно. Он сам будто бы был доволен портретом кисти Кипренского. Но ведь одно и то же лицо в работах разных художников говорит нам о разных гранях личности35.

Отцовское наследие

В 1936 году 13 июня в Нью-Йорке Шаляпина, возвращавшегося из длительного турне по Китаю и Японии и проехавшего всю Америку с Запада на Восток, на вокзале встречал Борис и небольшая группа ближайших друзей. По желанию артиста пресса не сообщала широко о его приезде. Отец отдыхал в доме сына, подарил ему свою книгу «Маска и Душа», подписав на форзаце:

Живи, учись, взвешивай, будь честен! Никогда не пей алкоголей. И благо тебе будет, и долголетен будешь, и будут любить тебя люди. Работу делай своим наслаждением. А я всегда люблю тебя, милый сын мой Борис! Твой Папуля. 1936. Проездом через Америку36.

В 1938 году, когда отец умер, Борис приехал из Америки только 15 апреля. Он навестил друга семьи К. Коровина и вместе с ним пришёл к гробу. Позднее тот вспоминал: «Боря любил отца, и глаза его были полны слез.

– Брат Федя завтра приезжает, а маму и Ирину не выпустили из России. Папа сам говорил с ней за три дня до смерти по телефону»37.

В 1968 году, во время второго визита Бориса на родину, его встретил Сергей Тимофеевич Коненков и сразу повёз к его дому, к бюсту отца на Новинском бульваре.