Читаем Дубай. Волшебный сон, ставший явью полностью

Мудрость Корана и слова из преданий о жизни и поступках пророка Мухаммеда, во многом схожие с «Житиями» христианских святых, арабы воспринимают постоянно и с детства: в школе-медресе от учителя, дома от старших, в мечети от муллы. В кочевье бедуинов роль учителя жизненной мудрости выполняли старики, а объясняли непонятное матери. Отец учил выживать в пустыне с помощью винтовки, кинжала, благородства и доброго отношения с соседями.


Вера в Аллаха и изучение Корана успешно снимали социальное напряжение в обществе, столь же успешно продолжают делать это и в наше время. Заповеди Корана не подвергаются ни критике, ни переосмыслению, ни модернизации, в отличие от попыток «модернизировать» христианскую религию в европейских странах. Например, приверженец Корана находит в нем объяснение извечного неравенства среди людей. Пусть Аллах одинаково любит и бедных и богатых верующих в своем Царствии небесном, но здесь, на земле, он создал неравенство во благо: «одним мы дали преимущество перед другими» или «мы разделили среди них их пропитание в жизни ближней и возвысили одних степенями над другими, чтобы одни из них брали других в услужение».


Покоритель бархана


«Бог все видит!» – говорят христиане, а в Коране сказано так: «Будь он богатый или бедный – Аллах ближе всех к обоим. Не следуйте же страсти, чтобы не нарушать справедливости. А если вы скривите или уклонитесь, то Аллах сведущ в том, что вы делаете».

С помощью изучения Корана в общество диких племен пустыни внедрялись нормы социального поведения, идеи равенства перед высшими силами, справедливости и бескорыстного служения другим, а также отношения к иноверцам. В христианской и мусульманской религии много общего: вера в единого бога, существование загробной жизни, рая для праведных и ада для грешных, наличие Сатаны как средоточия темных сил и ангелов. В обеих религиях почитаема Дева Мария у христиан, Мириам – у мусульман. Там и здесь присутствуют пророки.

Коран не заменял арабам всех других наук, но служил основным мерилом человеческой морали, и в нем можно было найти ответ на любой мучительный вопрос. Мудрость святой книги, высказанная рифмованной прозой, сопровождала кочевников всю их жизнь и учила неспешности, строгости, рассудительности и справедливости. А созерцание пустыни дополняло кораническую мудрость картинами красоты земного бытия, побуждала к созерцанию и мечтательности, когда ничто не отвлекает от мыслей о вечности земного круговорота и конечности всего и вся.


Пески Аравии


Они рождались в пустыне и растворялись со смертью в ее песках, а памятником им становился лишь небольшой камень без имени, который ветер заносил песком уже через несколько дней.


Если для европейцев пустыня всегда таила в себе опасность, то для бедуинов это был их единственный родной дом, где все знакомо. Пустыня давала им пропитание, воду и развлечения: охоту с винтовкой или соколом, верблюжьи бега и едва ли не самое главное – общение.

Философия пустыни

Темнота в Аравии падает на землю мгновенно, а перед этим на несколько минут ежевечерне дарит танец блекнущего на глазах света и глубоких теней, превращающих барханы в застывшие океанские волны. После этого наступает самое благостное время: на небе зажигаются звезды, а бледный лик луны превращает пейзаж пустыни в нереальный мир. В это время кочевники раскладывали костер, усаживались поудобнее и начинали разговоры, которые были отдушиной для взрослых и академией для молодых.

О чем говорили? Одни вспоминали былые стычки с враждебным племенем, то, как однажды с трудом отбились от разбойников – «псов пустыни». Другие рассказывали об иностранцах, которых видели едва ли не один раз в своей жизни: о турках да англичанах, о том, что у них много золота, воды и разных чудных железных приспособлений. Стариков расспрашивали о деталях родственных связей – кто кому приходится на самом деле и в каком колене.

Кто-то рассказывал сказки и предания о легендарном арабском герое Аньаре или читал на память касыды – лирические рифмованные строки о пустыне, следах на песке, верблюдице, солнце и луне. Кто-то передавал предания о былых правителях княжеств.


Символ уюта


Открытая веранда отеля среди песков


Медный кувшин «далла»


Перейти на страницу:

Все книги серии Исторический путеводитель

Похожие книги

Автостопом через Африку
Автостопом через Африку

Эта книга — художественное описание реального «вольного путешествия» Надеюсь, что мой труд позволит читателю взглянуть на дальние страны по-новому, изнутри, и узнать «новую версию» устройства мира, отличную от той, что нам старательно, изо дня в день, показывают по телевизору и в глянцевых журналах.Это путешествие (и книга), надеюсь, только «первый этап» кругосветной экспедиции «Круглый мир». Тут многие читатели могут спросить: а что вообще можно назвать кругосветной экспедицией? Очевидно, категоричного ответа тут не существует. Человек вышедшей из дома на восток и пришедший с запада, кругосветчик? А если он несколько раз в течение года возвращался с маршрута и снова продолжал свое путешествие? Если на его пути встретилась река и он переправился через нее на лодке? А если переправился на каком-либо транспорте через океан (что, согласитесь, неизбежно)? А если некая страна закрыта для путешествий, или просто по каким-либо причинам, не дала ему визу? Как видите, чем больше вопросов, тем больше ответов. Очевидно, что биолог скажет вам: «Кругосветная экспедиция непременно должна пролегать через разные климатические зоны!» Не менее категоричен будет и географ: «Кругосветным считается маршрут, протяженностью не менее 40 000 км, с двумя пересечениями экватора… можно добавить еще и определенное количество континентов».Таким образом, каждый потенциальный кругосветчик сам определяет для себя маршрут, сообразно целям, задачам и методам своего путешествия. Так, многие люди совершают кругосветки исключительно ради славы (прославления своего имени или спонсора).Другие ставят рекорды для книги Гиннеса, третьи преследуют чисто спортивный интерес и даже включают свое путешествие в чемпионат по неким видам спорта…С автостопом же — еще сложнее. Ведь у каждого человека (и автостопщика) свое определение автостопа: для одних он — способ халявного перемещения (хиппи), для других — метод доказать всем, что ты круче своих конкурентов («спортивные» автостопщики), для третьих — способ познания мира и самого себя. Именно к третьей группе принадлежат «вольные путешественники» из Академии Вольных Путешествий. Многие называют нас «научными автостопщиками», потому что мы организуем поездку туда, где еще не ступала нога автостопщика, мы открываем новые страны и континенты, показываем через свои книги мир таким, какой он есть на самом деле, «изнутри», а не таким, каким его хотят показать нам политики и журналисты.1.1 — c-rank — структура, ошибки, прочее. Картинки уменьшены, ибо для читалок файл на 50 мегов — чистое убийство, да и 18 многовато…

Григорий Александрович Лапшин , Григорий Лапшин

Хобби и ремесла / Путеводители, карты, атласы / Путеводители / Дом и досуг / Словари и Энциклопедии
Балканы: окраины империй
Балканы: окраины империй

Балканы всегда были и остаются непонятным для европейского ума мифологическим пространством. Здесь зарождалась античная цивилизация, в Средневековье возникали и гибли греко-славянские княжества и царства, Византия тысячу лет стояла на страже Европы, пока ее не поглотила османская лавина. Идея объединения южных славян веками боролась здесь, на окраинах великих империй, с концепциями самостоятельного государственного развития каждого народа. На Балканах сошлись главные цивилизационные швы и разломы Старого Света: западные и восточный христианские обряды противостояли исламскому и пытались сосуществовать с ним; славянский мир искал взаимопонимания с тюркским, романским, германским, албанским, венгерским. Россия в течение трех веков отстаивала на Балканах собственные интересы.В своей новой книге Андрей Шарый — известный писатель и журналист — пишет о старых и молодых балканских государствах, связанных друг с другом общей исторической судьбой, тесным сотрудничеством и многовековым опытом сосуществования, но и разделенных, разорванных вечными междоусобными противоречиями. Издание прекрасно проиллюстрировано — репродукции картин, рисунки, открытки и фотографии дают возможность увидеть Балканы, их жителей, быт, героев и антигероев глазами современников. Рубрики «Дети Балкан» и «Балканские истории» дополняют основной текст малоизвестной информацией, а эпиграфы к главам без преувеличения можно назвать краткой энциклопедией мировой литературы о Балканах.

Андрей Васильевич Шарый , Андрей Шарый

Путеводители, карты, атласы / Прочая научная литература / Образование и наука
Здесь был Рим. Современные прогулки по древнему городу
Здесь был Рим. Современные прогулки по древнему городу

Виктор Сонькин — филолог, специалист по западноевропейским и славянским литературам, журналист, переводчик-синхронист и преподаватель, один из руководителей семинара Борисенко — Сонькина (МГУ), участники которого подготовили антологии детективной новеллы «Не только Холмс» и «Только не дворецкий». Эта книга возникла на стыке двух главных увлечений автора — античности и путешествий. Ее можно читать как путеводитель, а можно — как рассказ об одном из главных мест на земле. Автор стремился следовать по стопам просвещенных дилетантов, влюбленных в Вечный город, — Гете, Байрона, Гоголя, Диккенса, Марка Твена, Павла Муратова, Петра Вайля. Столица всевластных пап, жемчужина Ренессанса и барокко, город Микеланджело и Бернини будет просвечивать почти сквозь каждую страницу, но основное содержание книги «Здесь был Рим» — это рассказ о древних временах, о городе Ромула, Цезаря и Нерона.

Виктор Валентинович Сонькин

История / Путеводители, карты, атласы / Образование и наука
Исторические районы Петербурга от А до Я
Исторические районы Петербурга от А до Я

На страницах книги вы найдете популярные очерки об исторических районах старого Петербурга, о предместьях, вошедших в городскую черту, и районах, ставших новостройками совсем недавно, ведь автор твердо уверен: историческое наследие Петербурга – это не только центр.Вы познакомитесь с обликом и достопримечательностями тех районов города, где местные жители и гости столицы бывают очень редко, а может, и вовсе никогда туда не заглядывают. Сергей Глезеров расскажет о них через призму своего отношения к ним. Обо всех от А до Я, от Авиагородка до Яблоновки. Книга прекрасно иллюстрирована и будет интересна краеведам, историкам и всем любителям Санкт-Петербурга.

Сергей Евгеньевич Глезеров

История / Путеводители, карты, атласы / Путеводители / Образование и наука / Словари и Энциклопедии