Выставление счетов требует выполнения и кодирования вмешательств, а не изучения причин, по которым люди заболевают. Такие действия, как выписывание рецепта, проведение операции, магнитно-резонансной томографии, можно измерить, закодировать и потребовать возмещения стоимости, а многофакторный физиологический результат, улучшающий здоровье пациента (избавление от диабета, профилактика рака, снижение воспаления или оксидативного стресса), – нет.
Поскольку доход больниц зависит от используемых кодов для выставления счетов, они заинтересованы в проведении как можно большего количества процедур и визитов пациентов. Если вы попали в больницу со сломанной рукой, больница получит больше денег, когда, помимо лечения руки, выпишет вам наркотическое средство. Чем больше вы делаете, тем больше вам платят, независимо от того, каков результат для пациента.
На стене в клинике висела табличка «К черту рак!» – чтобы мотивировать бедные души, уже напуганные и ослабленные болезнью, захватившей их тело. В Стэнфордском медицинском центре я видела, как влиятельные и богатые пациенты с раком благодарили своих онкологов за помощь в войне с болезнью и уверенно говорили своим семьям между осмотрами, что на их стороне «лучшие врачи в мире». Безусловно, психологическая мотивация пациентов на победу над болезнью имеет свои преимущества и нет ничего плохого в том, чтобы с энтузиазмом относиться к своей команде врачей. Но я не могла не задаться вопросом, где были эти мотивирующие лозунги в те годы, что предшествовали появлению рака, когда у пациентов проявились такие симптомы, как диабет и гипертония. Рак часто можно
Правда в том, что после постановки диагноза «рак» квалификация врача уже практически не имеет значения. Они пропишут вам то же самое, что и все остальные врачи, проведут те же процедуры химиотерапии с теми же препаратами и сделают ту же операцию примерно по тем же стандартам, основываясь на рекомендациях Национальной всеобщей онкологической сети (NCCN). Говорить после постановки диагноза рака: «У меня лучшая медицинская команда» – все равно что после аварии хвастаться, что у вас лучший автомобиль.
После смерти моей матери я разговаривала по телефону с одним из ее онкологов. Я говорила с ней как врач с врачом, как женщина с женщиной и показала свое разочарование тем, что она рекомендовала процедуры, которые, как мы обе знали, лишат мою маму семьи в последние дни ее жизни, не увеличив продолжительность ее жизни. Я сочувствовала ей, понимая, что она пришла в медицину, чтобы помогать людям, но она так глубоко погрузилась в систему, что не могла представить себе другого пути.
Хуже всего то, что лидеры медицины, ориентированной на вмешательство, абсолютно молчат о вещах, которые на самом деле делают нас больными: о питании и образе жизни.
Если бы главный хирург, декан Стэнфордской медицинской школы и глава Национального института здравоохранения провели пресс-конференцию на ступенях конгресса и заявили о необходимости срочных национальных усилий по сокращению потребления сахара среди детей, я считаю, что потребление сахара снизилось бы. Люди в Соединенных Штатах обычно прислушиваются к мнению медицинских авторитетов. Курение резко пошло на спад, когда был опубликован доклад главного хирурга о курении, и мы изменили свой рацион в сторону увеличения количества углеводов и сахара (что привело к катастрофическим последствиям), когда в 1990-х годах была опубликована Пищевая пирамида.
Увы, медицинские светила молчат об истинных причинах нашей почти всеобщей эпидемии метаболизма. Они не бьют тревогу по поводу того, что американские подростки ведут малоподвижный образ жизни и питаются так плохо, что 77 % молодых людей в возрасте 21 года не имеют достаточной физической подготовки, чтобы пойти в армию.
Они не упоминают медиакомпании, которые тратят миллионы на лоббирование FTC[5]. Производители фастфуда потратили 5 миллиардов долларов на рекламу для детей в 2019 году, причем 99 % рекламы продвигают нездоровые блюда, которые не соответствуют рекомендациям Министерства сельского хозяйства США.
Они не требуют переноса начала занятий в школах на более позднее время, хотя ученые единодушно заявляют, что режим сна подростков значительно отличается от режима сна других возрастных групп и нынешнее раннее начало занятий в школе нарушает нормальное развитие мозга.
Они не возмущаются тем, что Академия питания и диетологии на 40 % финансируется пищевой промышленностью. Эти конфликты интересов привели к тому, что крупнейшая и самая влиятельная группа диетологов одобряет мини-банки колы как полезные для здоровья, публично критикует идею о том, что сахар вызывает ожирение, и выступает против налогов на сахар.