Эра млекопитающих: Из тени динозавров к мировому господству

Поэтому неудивительно, что юрские и меловые млекопитающие снискали себе не блестящую репутацию. Их считали унылыми и неспециализированными универсалами, которые выглядели и вели себя как мыши, обреченные влачить жалкое существование в долгой тени динозавров. Не герои, а скорее статисты в динозавровой драме.

Неудивительно и то, что большинство молодых людей, которым случается увлечься окаменелостями, — включая меня, — интересуются динозаврами, а не юрскими млекопитающими. Моя подростковая страсть переросла в профессию, которая и завела меня несколько лет назад на северо-восточную окраину Китая. Я ездил по музеям, изучая пернатых динозавров из Ляонина. Эти поразительные окаменелости — скелеты, покрытые слоем пуха и украшенные оперенными крыльями, — образовались при вулканических извержениях юрского и мелового периодов. Динозаврам не повезло — они погибли и оказались погребенными под пеплом и грязью, застигнутые врасплох, подобно жителям Помпеев, посреди своей повседневной жизни. Зато повезло палеонтологам, ведь сохранность ископаемых остатков получилась невероятной — вплоть до содержащих пигмент меланосом, которые придавали цвет перьям. Цель моей поездки состояла в том, чтобы отобрать микроскопические — не больше перхотинки — образцы перьев и отвезти к себе в лабораторию, где я вместе со своими студентами мог бы рассмотреть их под мощным микроскопом, определить тип меланосом и установить, какого цвета были эти динозавры.

Через несколько дней командировки, после того как я провел все утро за соскребанием частиц перьев в темных коридорах Музея птерозавров Бэйпяо, мне понадобилась передышка. Мой друг Люй Цзюньчан — один из ведущих охотников за динозаврами в Китае, который, к сожалению, в 2018 г. умер, — переглянулся с директором музея. Они сказали друг другу что-то вполголоса по-китайски, и Цзюньчан поманил меня рукой. «Мы вам покажем один секрет, — сказал он. — И это не динозавр!»

Мы вышли из музея, прыгнули в машину и нырнули в лабиринт узких улочек Бэйпяо, запруженных велосипедистами и тележками торговцев лапшой. Быстрый поворот — и мы очутились в неприметном переулке, который вывел нас в маленький дворик. Машина резко затормозила, и мне велели выйти. Директор музея указал на закрытую металлической решеткой дверь в нижнем этаже, по-видимому, жилой многоэтажки, многолюдной и далеко не новой. Неужели, подивился я, такой богатый предприниматель, на собственные деньги выстроивший музей и заполнивший его ископаемыми, живет в таком непрезентабельном месте? Между тем он отпер дверь.

В прихожую хлынул свет, и моим глазам предстала странная картина. Так, должно быть, выглядел дом Бакленда в Оксфорде два века назад. Повсюду лежала пыль. Пол был заставлен коробками и дощатыми ящиками, на столах и верстаках высились грозившие вот-вот рассыпаться кипы газет. Везде разбросаны молотки, зубила и кисточки вперемешку с пузырьками клея и полиэтиленовыми пакетиками. И окаменелости — горы окаменелостей, вмурованных в известняковые плитки толщиной в пару сантиметров (славная, наверное, получилась бы черепица). Это была не обычная квартира, а самая настоящая мастерская, импровизированная лаборатория, где очищали приобретенные у местных крестьян окаменелости, прежде чем выставить их в музее.

Один из помощников директора скрылся в боковой комнате и снова появился с двумя плитками породы, совпадавшими, как кусочки мозаики. Он сгреб в сторону кучу газет, положил плитки на стол и принес лампу. Осветив сокровище, он пригласил меня взглянуть.

На серой поверхности известняка, испещренного мелкими ископаемыми раковинками, проступало коричневое пятно величиной с яблоко. Я присмотрелся. Коричневое вкрапление было шерстью, а по центру проходил позвоночный столб.

Люй Цзюньчан (в центре) и его сотрудники показывают мне загадочную окаменелость млекопитающего из Бэйпяо, Китай.

Фотография Стива Брусатти

Ископаемое млекопитающее! Млекопитающее, жившее бок о бок с динозаврами в юрский период, около 160 млн лет назад. В каком-то смысле это млекопитающее отвечало стереотипу: оно было маленьким, и один из крылатых динозавров мог запросто прихлопнуть его или наступить на него. Но в другом, куда более важном смысле оно ломало шаблонные представления о юрских или меловых млекопитающих. По обе стороны позвоночника проходила перепонка, натянутая между передними и задними лапами. Совсем как у белки-летяги.

Это не было маловыразительное подобие мыши — зверек умел планировать между деревьями. Очевидно, что млекопитающие, жившие рядом с динозаврами, были намного интереснее, чем считали палеонтологи со времен Бакленда.

Прежде чем млекопитающие научились планировать над головами динозавров в юрском и меловом периодах, они должны были пережить триасовый. Как и динозавры. Это было непросто.