Эра млекопитающих: Из тени динозавров к мировому господству

В меловой период существовала еще одна успешная группа млекопитающих Южного полушария — дриолестоиды[22]. Они близкие родичи сумчатых и плацентарных, но все же не совсем настоящие звери, так как у них не было трибосфенических коренных зубов. Древнейшие дриолестоиды[23] появляются в юрских отложениях Северной Америки и Европы, но настоящий их расцвет приходится на мел Южной Америки. В 2011 г. Гильермо Ружьер и его коллеги сообщили об открытии нового вида — кронопио (Cronopio), представленного двумя черепами с длинными мордочками, большими расставленными клыками и глубокими ложбинками для крепления мышц головы, предназначенными, по-видимому, для того, чтобы поворачивать челюсти сверху вниз при укусе остробугорчатыми зубами. Они, вероятно, были насекомоядными, но отличавшимися как от северных териев, так и от южных однопроходных псевдотрибосфенид.

Таково было положение дел в конце мелового периода, примерно 66 млн лет назад. Млекопитающие распространились повсеместно, хотя оставались мелкими. Крупнейшей на тот момент была винтана, весом примерно 9 кг, но даже ее мог проглотить в один присест тираннозавр или другой хищный динозавр. Терии и многобугорчатые обосновались на севере, от срединных земель Азии до североамериканских гор и европейских островов. Среди них были насекомоядные, размалывавшие жуков своими трибосфеническими зубами (эутерии), травоядные, кормившиеся цветами, плодами и другими частями цветковых (многобугорчатые), а порой и хищники, рассекавшие мышцы и сухожилия острыми видоизмененными трибосфеническими коренными зубами (метатерии). На юге, за кристально-синими водами моря Тетис, жили другие млекопитающие, заполнявшие аналогичные ниши: насекомоядные из линии однопроходных, чьи зубы имитировали трибосфенические (австралосфениды), другие насекомоядные с длинными мордочками (дриолестоиды) и травоядные (гондванатерии).

Все они стали свидетелями того, как сверкающая искра озарила небо от севера до юга. Все эти основные группы млекопитающих выживут — по крайней мере, до поры до времени. Но мир уже никогда не станет прежним.

5 Гибель динозавров и выживание млекопитающих

Ectoconus

У полевой работы есть некие необъяснимые законы. Огромные скелеты всегда попадаются в последний день, когда выкапывать их нет времени. Если вы безуспешно занимались поисками уже несколько часов и сделаете гигиенический перерыв, то обязательно увидите отличный череп или челюсть прямо там, где присели на корточках. А лучшие находки часто достаются не профессорам, а студентам.

Последнее правило подтвердилось в наш полевой сезон 2014 г. в бедлендах Нью-Мексико. На протяжении десяти майских дней наша команда разведывала полосатые, как карамельки, горы и лощины области Фор-Корнерс к северу от каньона Чако, где тысячу лет назад предки индейцев племени пуэбло построили большой каменный город. Теперь эта земля почитается племенем навахо как священная. Как-то утром мы забрели в русло пересохшего ручья, которое навахо называют Кимбето — «ручей Пустельги». Здесь сланцевые отложения возрастом 65,6 млн лет просто ломятся от ископаемых остатков, которые высовываются из иссохшей земли, как грибы, только и дожидаясь, чтобы их собрали, — главное внимательно смотреть.

Карисса Рэймонд, едва окончившая первый курс, была одной из многих в нашей экспедиции. Эту студентку из Университета штата Небраска взял с собой помогать на раскопках ее профессор Росс Секорд. На тот момент она еще не прослушала курса палеонтологии, но отличилась на занятиях Росса по геологии, поэтому он дал ей шанс. В то знойное утро мы разбрелись по Кимбето, и красная футболка Кариссы с символикой университетской спортивной команды «Корнхаскерс» выделялась на фоне ясного голубого неба, как маяк. С расстояния чуть ли не в километр было видно, как она бродит, глядя под ноги. Она еще не научилась приему бывалых палеонтологов — на раскопки в пустыне не надевать яркие вещи. Но откуда ей было знать? В охоте за ископаемыми это было ее боевое крещение.

Первые дни для Кариссы выдались не очень удачными. Ее глаза еще не приспособились распознавать отблеск света на окаменевшем зубе или форму челюстной кости, выступающей из породы. Таким вещам не научиться с ходу, требуется время. Это чутье приобретается на опыте, что обычно означает долгие периоды бесплодных поисков и разочарований, пока в один прекрасный момент где-то не произойдет какой-то щелчок и окаменелости не начнут выскакивать из скал. Когда студенты — со своими молодыми глазами и энтузиазмом — достигают этого блаженного состояния, тогда они и становятся асами в палеонтологии.