Я сидел в сценарной комнате павильона Sony. Мы работали. Это была моя последняя неделя в Лос-Анджелесе. Я ответил на его письмо и сообщил, что позвоню ему сегодня позже, но вкратце, что за работа? «Нам нужно продвинуть подкаст. Ты им будешь руководить. Целиком», – написал он.
Создание подкаста не вполне подходит под определение «руководящая роль в HubSpot», но меня устраивает. Я знаю, как делать подкаст. Несколько лет назад я делал подкаст со своим партнером, и он привлек довольно многочисленную аудиторию. Мне нравилось брать у людей интервью, и у меня это неплохо получается.
«У меня, кстати, есть очень хороший профессиональный микрофон, – сказал я Троцкому, когда мы наконец созвонились. – И хорошие наушники, и шумоподавляющая пена для микрофона. У меня есть и видеооборудование, если мы захотим сделать видеоподкаст. Я знаю ребят с YouTube, работающих с видеоблогерами. Я могу поговорить с ними и попросить совета, с чего лучше начать. Думаю, мы могли бы начать с сегмента, в котором я бы рассказал о новостях маркетинга за неделю, а затем пригласил бы гостя на интервью».
Пауза, а затем Троцкий начал объяснять, что я не буду
Короче, я буду секретарем.
Фактически роль, которую мне отводил Троцкий, Череп изначально собирался отдать своему референту. Он даже платил за ее посещения курса по подкастингу.
Теперь вместо нее я. Троцкий говорил, что я буду не секретарем, а «исполнительным продюсером».
«Это на самом деле ответственная работа, – утверждал он. – Очень престижная».
«Конечно, – прокряхтел я. – Это великолепно. Не терпится начать».
Где-то через час или около того Троцкий прислал мне имейл, в котором писал, что я получаю эту работу благодаря тому, что он поручился за меня перед Черепом. Череп, по всей видимости, просто хотел меня уволить, но Троцкий стал бороться за меня, защищать и спас-таки мою задницу.
«Я вспомнил об одной сцене», – написал он и прикрепил ссылку на видео в YouTube. Это сцена из «Донни Браско», где Аль Пачино играет гангстера, а Джонни Депп исполняет роль агента ФБР под прикрытием, внедрившегося в преступную группировку. В том отрывке Пачино подозревает Деппа в том, что он крыса. Он говорит, что поручился за Деппа своей репутацией, и теперь, если окажется, что Депп и впрямь крыса, то Пачино – покойник.
Намек понятен: Троцкий и я – гангстеры. Он поручился за меня перед Черепом, capo di tutti capi[29]. Если я не изменюсь, карьера самого Троцкого окажется в опасности. Троцкий – Левша, стареющий наемный убийца, рискующий своей жизнью! Он все еще не уверен, может ли мне доверять, но он хочет мне верить и хочет сделать меня «коронованным». А я? Я – Донни Браско, в действительности агент ФБР, но теперь я провожу слишком много времени среди этих ребят и становлюсь похожим на них. Каков поворот!
А может быть, мы просто два дебила, работающих в отделе маркетинга, и один из нас хочет показаться менее банальным, чем есть на самом деле.
Спустя три дня, в пятницу, 5 сентября, все еще в стиле Донни Браско, Троцкий написал мне имейл с просьбой о принесении клятвы верности: «Крайне важно, чтобы ты ответил правдиво о своих намерениях на будущее: ты «всей душой» с HubSpot? Если я собираюсь отдать в твое ведение целую программу подкастов, то мне нужно знать, что ты целиком с нами».
Я написал ему ответ, заверяя: «Всей душой».
Это было смешно. Парень недавно пытался выкинуть меня за дверь, а теперь хочет, чтобы я был с ними до конца? Что дальше? Мы будем колоть свои пальцы и капать кровью на изображение Святого Петра, как в «Клане Сопрано»? Какие фильмы еще посмотрел Троцкий?
Я в целом и не собирался ему врать. «Всей душой» – это пока что. Я выполнил свою часть работы для Inbound. Я начал писать людям, которые могут стать интересными гостями на подкасте. Конечно же, когда я найду работу получше, то уйду из HubSpot, и надеюсь, что это произойдет достаточно скоро, но кто знает, насколько это затянется? До тех пор, пока я что-нибудь не найду, мне нужны деньги. Так что я буду говорить то, что от меня ждут. Я буду носить свои глупые «бозы» и буду командным игроком.
Но на самом деле одиннадцать дней назад, когда Троцкий заставил созвониться с ним, невзирая на то, что тогда я был с моими детьми, созвониться, чтобы он смог отругать меня, – тогда все и закончилось. Нужно было уволиться еще тогда, ведь я стал чувствовать себя трусом из-за то, что не сделал этого. Но я хорошо помнил, как чувствовал себя в течение нескольких месяцев после увольнения из Newsweek, оставшись без средств к существованию и обзванивая всех в поисках работы, смиренный, готовый на все. Неважно, насколько все плохо станет в HubSpot, по крайней мере, мне будут платить. Когда уже есть работа, найти другую любую работу значительно проще.