Евангелие от IT. Как на самом деле создаются IT-стартапы

Ушаты помоев продолжали на меня литься, когда я приступил к своей новой секретарской работе над подкастом. Все, что я делал, было плохо. Троцкий, видите ли, хотел знать мой маркетинговый план. Мой маркетинговый план состоял в том, чтобы сделать отличный подкаст, который со временем привлечет аудиторию. Нет! Мы же маркетологи! Мы должны заниматься маркетингом! Нам нужно создать рассылку и отправлять спам тысячам людей, заставляя их кликать на ссылку и подписываться на подкаст. Если этим займется достаточное количество людей, мы сможем заставить Apple думать, что у нас есть огромная аудитория, и Apple поместят наш подкаст в свой топ.

Показатели: нам они необходимы! Сколько слушателей будет у нас через шесть месяцев, а через год? В какие списки попадет подкаст на iTunes Store? Как скоро мы попадем в топ-10? В какой момент я смогу определенно сказать, что этот подкаст станет номером один среди бизнес-подкастов в мире? Есть предполагаемые показатели, которые мне необходимо было установить, и как только я это сделаю, мне требовалось их достичь, а то хуже будет!

Вся моя карьера в HubSpot напрямую зависела от подкаста.

– Ситуация очень простая, – обрисовал мои перспективы Троцкий. – Если подкаст ждет успех, ты сохранишь свою работу.

– А если нет, тогда что? Уволят?

Троцкий сердито посмотрел на меня.

– Просто сделай так, чтобы все удалось.

Вопрос только в том, какое значение он вкладывает в слово «успех». Я думаю, как бы ни определял его Троцкий с Черепом, в любом случае, что бы я ни делал, я никогда этого успеха не добьюсь.

А тем временем Троцкий компостировал мне мозги. Постоянно. Почему я не назначил собрание, чтобы привлечь остальных сотрудников отдела к работе над подкастом? Почему я не попросил у них помощи? Что ж, я назначил собрание. Тогда немедленно следует продолжение. Почему я не сделал этого раньше? Когда наш дедлайн? Когда мы будем в прямом эфире? Почему нельзя начать раньше? У меня есть понимание, что теперь я – менеджер проекта, ответственный за каждую его стадию?

Почему я не отправил Троцкому отчет о проделанной работе в письменном виде? Почему я не создал документ о полной маркетинговой кампании для подкаста и не выложил его на Google Docs, чтобы остальные сотрудники отдела могли просмотреть маркетинговый план и добавить свои комментарии? И если я создал документ, то почему не отвечаю на комментарии сразу же? Где мои ответы на список комментариев, который Троцкий поместил туда?

Мы создали отдельную веб-страницу для подкаста. Она выглядит отлично, но дизайнеры не уложились по срокам и запросили несколько дополнительных дней. Я сказал им, что согласен. Почему я так поступил? Почему дал им эти несколько дней? Почему они вообще не успели в срок? Я что, не смог им выставить четкие сроки?

Был человек, который, по моему мнению, отлично подошел бы для шоу. Я написал Черепу и спросил его мнение. Тут же вмешался Троцкий. Почему я пишу напрямую Черепу? Почему заставляю его вникать в такие мелочи? Я что, не осведомлен о протоколе взаимодействия с руководителем высшего звена?

Меня пригласили выступить на конференции в Перу. Пользователь HubSpot из Сан-Диего хотел, чтобы я вышел на сцену. Я согласился: да, конечно, я хочу помочь в продвижении бренда. Но нет! Троцкий заявил, что я опять все испортил! Почему я принимаю предложения выступать на конференциях, когда должен быть тише воды и целиком сфокусироваться на подкасте?

Все это отдавало безумием. Подкаст не так трудно делать, и, честно говоря, никто никогда не станет его слушать, если вести подкаст будет Череп. Я полагал, что мы привлечем примерно такую же аудиторию, как в том случае, когда он делал видеоподкаст HubSpot TV, то есть никого.

По существу, этот подкаст – плод тщеславия нашего босса, и хотя мне нравилось им заниматься, но не было смысла витать в облаках и верить, что этот придурок станет ведущим самого крупного бизнес-подкаста в мире. Также не было смысла ставить перед собой нереальные цели, которые почти что наверняка не будут достигнуты, я тут явно не преуспею, разве что последнее – и есть цель, как мне видится.

Я пытался абстрагироваться от потока ругани, притворяясь антропологом. Как ведут себя папуасы, когда вождь решает прогнать одного из членов племени? Я представлял, что я психолог-исследователь, а отдел маркетинга HubSpot – это поле для лабораторного эксперимента: Стэнфордский тюремный эксперимент или эксперимент Милгрэма в Йеле, только в корпоративном мире.

Я представлял, что изучаю способы, которыми воспользуется компания, чтобы избавиться от нежелательного сотрудника, с самим собой в качестве подопытного кролика. Я слышал жуткие истории, которые рассказывали люди, прошедшие через это, но никогда не ощущал такого на себе. Я не знал, как это происходит.