Европа во времена Первой мировой войны. Дневники посла Великобритании во Франции. 1914—1918 годы

23 июля 1917 г. Вчера в Сенате правительство получило единогласный вотум доверия, но Клемансо нанес тяжелый удар Мальви. По словам Севастопуло (который там был), Клемансо произнес прекрасную речь. Пенлеве очень хорошо защищался, и ему много аплодировали. Мальви аплодировали крайние левые за его сочувствие политическим забастовкам. Он не смог ответить на насмешку Клемансо, что префекту полиции надо было посоветоваться с ним, можно ли ему арестовать дезертира — видного социалиста.

24 июля 1917 г. Утром ко мне заходил Камбон (Поль). Он остается в Париже до субботы, когда едет в О-Бон. Первый вопрос, который Рибо, по настоянию Камбона, задаст Ллойд Джорджу, касается необходимости внести одну поправку. В своих речах он опустил тот факт, что Франция должна получить Эльзас и Лотарингию. Пока Л. Д. ни разу об этом не упоминал, и в Англии есть люди, которые не считают, что на этом стоит настаивать. Одним из таких людей является Милнер. Камбон пробыл у меня более получаса. Сегодня я должен ужинать с Артуром Бальфуром тет-а-тет, либо здесь, либо в отеле «Риц». Выбор места я предоставил ему.

25 июля 1917 г. Мы с Артуром Бальфуром выпили бутылку «Шато Лафит» 1869 года (подарок моего соседа Э. де Ротшильда) и проговорили до 22.45. Говорили обо всем: о короле, о королеве, о принце Уэльском, о премьер-министре, о Китченере, о Френче, о Хейге, Мюррее Элибанке, Пенлеве, Мальви, Рибо, Клемансо, Бриане, Бертело, братьях Камбон, о сионизме, Италии, Соннино, Робертсоне, Смэтсе, безумии обсуждать на конференции цели войны! Я должен посетить конференцию, которая начнется сегодня в 10 утра.

26 июля 1917 г. Вчера долго беседовал с Фошем после ужина в Министерстве иностранных дел (никто не садился). Ллойд Джордж не пришел на ужин, сославшись на простуду.

Сегодня в военном министерстве давали ужин на 45 персон — настоящий festin[413]. Я сидел между румынским и бельгийским посланниками, а рядом с последним сидел молодой русский генерал, который ел как свинья. Я должен проводить Артура Бальфура на вокзал, если он уедет, но, может быть, он останется у Дж. Клерка[414]. Министр Гендерсон везет в Париж русских делегатов-социалистов, а также представителей британских лейбористов Уордла и Макдональда. Как это излишне! Зачем потворствовать русским экстремистам? Во время войны мы потратили немало времени, гоняясь за Австрией, Болгарией и Турцией.

27 июля 1917 г. Уехали все, но у дверей отеля не было толпы, которая торопила уезжающих гостей, во всяком случае, когда я покидал его с Артуром Бальфуром и Иеном Малкольмом. Побеседовал несколько минут с А. Б., пока он доедал английский завтрак, к которому подали персики. Я сказал Артуру, что хочу ненадолго поехать в Англию — на неделю или 10 дней. Разумеется, он ответил: «Конечно». Ллойд Джордж прибыл всего за две минуты до объявленного отправления поезда. Он взял меня под руку и сказал: «Нам едва не пришлось просить вас встать во главе МИДа». Он спросил, еду ли я в Англию и если еду, то когда. Там мы с ним должны увидеться.

Курьер только что сказал: вчера, когда он был в комендатуре Булони, пришло сообщение, что милях в двадцати к северу от Булони на берег выбросился германский подводный минный заградитель. Три германских офицера и 18 матросов высадились на берег после того, как подожгли лодку, и были взяты в плен. В Булони он видел 200 британских солдат, ослепших от нового газа, который применили немцы. Газ не имеет запаха и поражает глаза и кожу. Он слышал, что вчера в Булонь доставили 1600 раненых.

Ллойд Джордж оставил здесь Джорджа Янга, одного из секретарей коалиционного правительства. Он подчиняется Гендерсону и должен присматривать за ним. Недавно Гендерсон ездил в Россию, а завтра должен привезти в Париж лейбористов-пацифистов, Уордла и Макдональда, чтобы они пообщались с французскими социалистами. Гендерсон должен увидеться и побеседовать со мной; Янг узнал от Ллойд Джорджа, что он хочет, чтобы я дал ему добрый и умиротворяющий совет в связи со сложившейся ситуацией, чтобы он не увяз les deux pieds dedans[415], но постараться не настраивать его неверным образом. Ллойд Джордж беспокоится из-за положения на фронте и вероятности того, что британские, французские и русские пацифисты будут настаивать на ущербном мире. Он хочет ввести их в заблуждение. До встречи с Гендерсоном я должен повидаться с Рибо, чтобы выяснить, знает ли Рибо о миссии Гендерсона и ее цели и что он о ней думает.

28 июля 1917 г. Гендерсон не может прийти на обед. Однако он надеется повидаться со мной до своего отъезда из Парижа. Я виделся с Рибо; мы говорили о планах социалистов. Он сказал, что Альбер Тома должен присматривать за англо-русскими делегатами. До него я как раз встретился с Тома, который уходил встречать Гендерсона и его спутников. Я сказал ему: «J’espère que vous les empêcherez de faire des bêtises». — «Je tâcherai»[416], — ответил он.

Глава 32Август 1917 года