Европа во времена Первой мировой войны. Дневники посла Великобритании во Франции. 1914—1918 годы

13 июля 1915 г. Русский передал сегодня слух о том, что великий герцог Гессенский поехал в Россию. Предполагается, что он попытается отдалить своего зятя от франко-британской Антанты, чтобы Германия и Россия могли заключить мир.

14 июля 1915 г. Сегодня утром состоялся перенос в Дом инвалидов останков Руже де Лиля[196]. Президент и министры шли за гробом пешком от площади Этуаль. Процессия вступила на площадь перед Домом инвалидов со стороны Сены. Среди военных на площади находилось около дюжины русских, которые бежали от немцев к французским позициям; не знаю, как они очутились в немецком плену, в немецких окопах на севере Франции. Хор на одной из верхних галерей пел «Марсельезу»; зрители подхватывали припев. Было очень красиво.

Обедал с Жаном де Кастелланом, который вернулся из Италии. Вот какие впечатления — убеждения — он оттуда вынес. Итальянцы (кроме простого народа) не вступили бы в войну, если бы не были убеждены, что румыны «выступят». Они очень возмущены тем, что их ожидания представляют в ложном свете. Итальянцы надеются, что второй зимней кампании у них не будет, что довольно комично: они не объявляли войну Германии и Турции по причинам, известным только им самим. Тем временем, поскольку они не находятся в состоянии войны с Германией, немцы приезжают в Италию и уезжают оттуда, когда захотят. Там боятся, что австрийцы вторгнутся в Италию.

15 июля 1915 г. Французские таможенные власти в Булони и Гавре конфискуют у британцев, которые едут на родину, фунты стерлингов, а в обмен выдают им французские бумажные деньги, по курсу 25 франков за фунт… так как экспорт золота запрещен. Постановили, что выезжающие британцы могут вывезти из Франции 8 фунтов золотом и что все английские деньги сверх этой суммы у них изымают и обменивают по разумному курсу.

17 июля 1915 г. В свете ходят слухи о напряженных отношениях между Извольским и Сазоновым. Недавно Извольский сказал Сазонову: было бы неплохо согласиться на непомерные требования Румынии, чтобы получить от нее военную помощь; в виде исключения он оказался прав, но Сазонов напомнил ему, что он не министр, и велел не лезть в чужие дела.

Забастовка шахтеров в Уэльсе очень серьезна. Что сможет и захочет предпринять правительство? Как возместить ежедневный штраф в 5 фунтов? Невозможно посадить за решетку несколько тысяч человек, даже если бы за неплатежи полагалось тюремное заключение. Насильно заставить их работать тоже нельзя. Если шахтеры из других мест захотят добывать уголь в Южном Уэльсе, что, на мой взгляд, очень сомнительно, возможно, начнется сопротивление и прольется кровь. Готово ли правительство ввести военное положение? Способно ли оно отдать солдатам приказ стрелять по забастовщикам? Сомневаюсь.

Сегодня приходил Бэкон, очаровательный, как всегда. Он очень возмущен поведением Вильсона, Брайана и компании. Через несколько дней он едет в Лондон, а оттуда вернется в Америку, чтобы побуждать к действию противников Германии. Он говорит, что мы должны были купить весь прошлогодний урожай хлопка, а также будущий урожай, чтобы не дать хлопководам агитировать за запрет экспорта из Соединенных Штатов оружия и боеприпасов. Хлопок в Германии сейчас стоит вдвое дороже, чем до начала войны. Боюсь, что память о «Лузитании» в Америке постепенно сходит на нет.

21 июля 1915 г. Принца Эйтеля Фридриха Прусского удалили из списков ордена Святого Иоанна, и это важное объявление, помещенное в «Лондон газетт», передано по телеграфу во французские газеты! Интересно, не облезет ли он и не полысеет ли от такой напасти, как Реймская галка[197].

Русские, как Бурбоны, ничего не забыли и ничему не научились. Они все еще говорят: «Мы этого не признаем; мы должны это получить; мы такого не допустим» и т. д. Несколько месяцев назад они относились к румынам с презрением, и теперь румыны не двигаются с места. Когда русские возобновят наступление, румыны с радостью к ним присоединятся; пока же они подождут и посмотрят.

Ли посетил квакеров на востоке Франции: они арендовали монастырь и находятся в наилучших отношениях с монахинями, священниками и католическим населением. Они воздвигли тысячу деревянных хижин-убежищ и раздают еду и сельскохозяйственный инвентарь.

22 июля 1915 г. Все почти уверены в том, что Варшава падет и что лучшее, на что можно надеяться, — что немцы не возьмут в кольцо находящуюся там русскую армию. Извольский очень подавлен.

Сегодня за ужином было 12 человек: хозяин и хозяйка (Ла Тремуи), герцогиня де Камастра, Анри де Бретейль с супругой, мадам де Беркхайм, Тайни, Лаборд, мадам де Шевинье и Гонто. Говорили о том, что русские не начнут новое наступление раньше, чем через полгода; о том, что война продлится еще 15 месяцев. В неудаче Дарданелльской операции обвиняли Уинстона. Критиковали Делькассе, который находится под слишком большим влиянием Извольского.