Фантазии Дарио. Тру-крайм с поразительной развязкой

– Особенно выделяется отрывок «Я папробую [sic] все это понять», – сказала в интервью системный психолог Даниэле Амистади. – Если бы насилие, о котором идет речь, имело место, Кристина ясно представляла бы его. Ей не нужно было бы прилагать усилия, чтобы понять то, что она испытала лично. Более того, многие использованные выражения не соответствуют ее возрасту. Документ мог быть написан под диктовку или, как минимум, под руководством взрослого.

Через несколько месяцев после того, как я связался с ними, Вероника, Кристина, Маргерита и Мелания отправили мне письмо через адвоката во Флоренции. В нем они защищали доктора Донати и ее коллег, атакуя тех, кто считал, что их беспричинно забрали из семей. «Мы заверяем вас, что причин было предостаточно, и мы счастливы, что нас забрали. На протяжении долгих лет те люди причиняли нам страдания».

20

Глава CISMAI Глория Соави игнорировала любую критику своей организации во время нашего разговора. Юридические психологи обвиняли CISMAI в создании «абьюзологов» – психологов и социальных работников, которые начинают искать признаки сексуального насилия у детей, проявляющих хоть какой-то намек на стресс.

– CISMAI не является сторонником поисков насилия там, где его нет, и никогда им не был, – решительно заявила она.

Однако создается впечатление, что психологи CISMAI использовали именно этот подход в некоторых из громких дел по подозрениям в педофилии. Словно свидетельство ребенка должно быть признано веским, и неважно, каким оно было и при каких обстоятельствах было получено. Кроме того, CISMAI сотрудничает с Международным обществом по предотвращению жестокого обращения с детьми и безнадзорностио (англ. International Society for the Prevention of Child Abuse and Neglect, ISPCAN). На домашней странице сайта ISPCAN приводится тревожная статистика – хотя источник данных нигде не указан, – согласно которой «каждая четвертая девочка… жертва насилия над детьми». Если верить этим данным, в среднем в классе начальной школы учатся по меньшей мере четыре девочки, подвергшиеся жестокому обращению.

С 1980-х в число ведущих специалистов Италии по вопросам жестокого обращения и насилия над детьми входит доктор Маринелла Малакреа, которая также является одним из основателей CISMAI и CBM в Милане. Доктор Малакреа консультировала прокурора Пьетро Форно, писала научные статьи по теме и участвовала в многочисленных конференциях вместе с основателем Исследовательского центра Гензеля и Гретель в Турине, Клаудио Фоти. Маринелла Малакреа – ярый противник составителей Carta di Noto. С 1990-х доктор Малакреа проводит учебные курсы, некоторые из которых посещала доктор Донати. К тому моменту, когда Дарио только начал открываться доктору Донати, она едва закончила стажировку, поэтому ей пришлось обратиться к доктору Малакреа с просьбой поприсутствовать на беседе с ребенком.

Когда я спросил, что доктор Малакреа думает про работу доктора Донати, она описала ее как «тщательную и кропотливую», сказав, что доктор Донати справилась «очень хорошо, эмоционально присутствуя, как того и требовали обстоятельства».

Доктор Малакреа убеждена, что ключевая трудность, с которой сталкивается психолог при работе с детьми-жертвами насилия, это их молчание – «один из наиболее эффективных инструментов для избегания вопроса или попытки притвориться, что его вовсе не услышали». Однако в расчет не берется один нюанс: бывают ситуации, когда дети ничего не рассказывают, потому что с ними ничего и не произошло.

Доктор Малакреа сказала, что, вопреки данным итальянских и международных научных журналов, «крайне маловероятно», что психолог способен негативно повлиять на ребенка, ведь «внушить ребенку что-то, что подвергает риску его жизнь, крайне трудно». Если дети продолжают рассказывать про обезглавливания на кладбище, распятия, кошачью кровь, убийства и изнасилования после нескольких недель посещений, эти истории «могут быть связаны с фантазиями насильников или с декорациями… которые используются для продажи продукции по всему миру. Фильмы ужасов с элементами детской порнографии – жанр, в существовании которого мы убеждены и с которым часто сталкивается полиция – требует создания декораций».

Ее объяснение показалось мне неубедительным. То, что «декорации» способны обмануть такое количество детей 9–10 лет, убедить, что они находятся на настоящем кладбище, откапывают настоящие тела или убивают реальных детей, маловероятно. Кроме того, полиция, которая «часто сталкивается» с педопорно-фильмами ужасов – это миф, и три агента из ключевых центров по борьбе с детской порнографией с севера, центра и юга Италии подтвердили это. Они отслеживают видеоматериалы, которые циркулируют по всему миру последние 20 лет, и никто из них не сталкивался со снафф-фильмом в сатанистском сеттинге, содержащими сцены человеческого жертвоприношения или употребления крови.