Фридрих II и его интеллектуальный мир

Рис. 2. Зал Кастель Маниаче в Сиракузе. 1232–1239. Фото О. С. Воскобойникова

Эти капители могли предназначаться как для храма, так и для какого-нибудь парадного зала. Если принять вторую гипотезу, то лица могли символизировать многочисленные народы, подвластные Империи. Мы можем видеть его на фреске, изображающей торжественный прием представителей разных племен при дворе государя, украшающей одно из помещений башни аббата Сан-Дзено в Вероне. Эта фреска была создана по заказу аббата в конце 1230-х годов, возможно, при подготовке к императорскому сейму[431].

Физиономические исследования в пластике, о которых свидетельствуют рассмотренные капители, типичны для штауфеновского двора. В 1930-х годах во время раскопок на месте императорского замка в Лучере (нынешний относится к анжуйскому времени, концу XIII века) были обнаружены две головы: молодого человека и мавра (27 и 23 см в высоту соответственно). Они хранятся в Лучере, в музее Фьорелли (рис. 3–4). Критики увидели в этих «портретах» копии с античных образцов. Велик, однако, соблазн увидеть в мавре натурное изображение — ведь Лучера была искусственно созданной императором арабской колонией, где он иногда бывал[432]. Но следует учитывать, что расовые типы были известны средневековым мастерам, возможно, из классической традиции, о чем может свидетельствовать статуя св. Маврикия («мавра») в Магдебургском соборе, более ранняя, чем интересующие нас здесь фрагменты.

Мне кажется, что рассмотренные примеры являют собой образцы зрелой штауфеновской скульптуры. Их нужно сопоставить с атлантами и масками, украшающими Кастель дель Монте и руины замка Лагопезоле в Базиликате, пожалуй, самых роскошных из известных нам резиденций императора.

Из двух этих памятников Кастель дель Монте, к счастью, лучше пережил вандализм и многовековое небрежение (илл. 10). Пользуясь сейчас покровительством ЮНЕСКО и заслуженно являясь одним из символов Италии, он был объектом изучения и качественных реставраций на протяжении всего прошедшего столетия. Я не возьму на себя смелость воспроизводить даже частично все, иногда весьма экстравагантные, интерпретации этого едва ли не самого красивого и по-своему загадочного замка Средневековья[433]. Несмотря на сложный, профессионально разработанный план и мастерство общего исполнения, я сомневаюсь, что он был задуман как идеологически важный памятник: иначе зачем было размещать его вдали от всех основных дорог, посреди рая для охотников, который представляло собой тогда плоскогорье Мурдже в центральной Апулии. Другое дело, что и охотничий рай, принадлежавший императору, сам собой превращался в нечто политически значимое.

Рис. 3. Голова мавра. Вторая четверть XIII в. Лучера. Музей Фьорелли. Фото О. С. Воскобойникова

Рис. 4. Голова молодого человека. Вторая четверть XIII в. Лучера. Музей Фьорелли. Фото О. С. Воскобойникова

Сегодня Кастель дель Монте высится, словно маяк над холмами, покрытыми оливковыми деревьями, что заслужило ему титул «короны Апулии». В XIII веке настоящие леса должны были скрывать от глаз большую часть величественного здания — видны были, наверное, острые завершения восьми башен, до нас не дошедшие. Изменение климата привело и к изменению ландшафта, окружающего эту domus solatiorum. То же можно сказать о Лагопезоле, чьи величественные руины украшают холм в Базиликате. Это были скорее «частные», а не «государственные» замки, хотя такое разделение можно проводить лишь с многочисленными оговорками, когда речь идет о классическом Средневековье. Но в данном случае оно необходимо, поскольку мы должны будем сопоставить убранство этих замков со скульптурной программой капуанских триумфальных врат. В этом последнем случае речь идет о «законодательстве в камне» (Канторович), о настоящем политическом послании, которое обозначало границу королевства и территории Патримония Св. Петра. Кастель дель Монте и Лагопезоле, лишенные настоящих оборонительных структур, удаленные от морских берегов, отличались в этом и от других замков королевства. Но в одном они следовали устоявшейся традиции: желании сочетать в одной постройке крепость и роскошный дворец[434].