Фронтовое причастие. Люди и война

Командир распрямился, с хрустом покрутил шеей, наклонился вбок, вперёд, назад, разгоняя кровь. Неспешно подошёл к Алексу, достал пистолет и без слов выстрелил тому в лоб. Голова будто подпрыгнула и упала набок. В сыром воздухе сразу распространился густой запах крови и резкий, чистый – пороха. Потом командир помог Саше встать, разрезал пластиковый хомут.

– А… поиграть же?

– Да смысла нет. Что мы, кошки, что ли? Я доложил, решение приняли. Нет смысла его таскать за собой. Нового он ничего не скажет, его подвиги и так известны. Сейчас вертолёт за нами будет. На базу пока, там отдых и следующий выход. Всё уже, игрушки кончились. Решения приняты по всем направлениям.

– Мы в Киев?

– Ну туда чуть позже. Скорее всего, уже после войны и дезактивации. Собственно, фронта, как такового, уже нет. Да, кстати. Команды мы теперь получаем от Временного исполняющего обязанности главы государства.

– А президент?

– А президент на заслуженном отдыхе. Да и какая тебе разница, кто отдаёт приказ на истребление сверхчеловеков? Главное, что команды такие теперь поступают.

Послышался стрёкот вертолётных лопастей. Машина вынырнула совсем неожиданно, над самыми вершинами деревьев.

Внутрь погрузились быстро. Труп Алекса брать с собой не стали. Когда взлетели, на развороте, Саша заметил, как среди голых стволов метнулись лёгкие, вытянутые тени. Их полёт провожала взглядами стая бродячих собак. Видимо, разбежались из ближайших сёл, подальше от громких и страшных звуков. Ну, голодными теперь не останутся.

Гул винтов, молотящих над корпусом воздух, неожиданно успокаивал. Снова потянуло в сон.

* * *

Когда Саша вышел из забытья, боль в руках и спине была словно облачко, тающее под лучами солнца. На стоящем рядом с кроватью стуле лежал новенький iPаd. Включился он от его отпечатка в окошке сканнера. Сеть здесь была предустановлена и вполне работала.

– В Москве приступила к работе Временная комиссия правительства Северной Евразии…

Короткое видео. Красная площадь. Много полиции. Стоят большие автобусы. Из них по одному выходят люди, редкой цепочкой идут в направлении Мавзолея.

– Сопротивление оккупационных сил России в Украине сломлено окончательно, массовая сдача в плен окружённых боевиков. Передовые украинские части и силы НАТО вошли в Ростов-на-Дону и Воронеж. Объединённая эскадра ЕС находится в прямой видимости Санкт-Петербурга.

– Нет надобности в переговорах с бывшим российским правительством, поскольку его уже не существует.

– В Приморье продолжаются локальные столкновения экспедиционного корпуса японских сил самообороны и отрядами НОАК, занявшими Владивосток и Уссурийск.

– Генеральная ассамблея ООН…

– ЮНЕСКО…

– Лига Арабских государств…

– Главным представителем Северной Евразии в генеральном консульстве, в Лондоне, назначен Анатоль Шагал.

– Ядерные силы бывшей России полностью нейтрализованы и больше не представляют угрозы мировому сообществу, благодаря успешно проведённой 10 лет назад операции. Сегодня бывшему генерал-полковнику ВКС РФ была вручена Президентская медаль Свободы.

– На Театральной площади в Москве, многонациональный народ Евразии приветствует освобождение от вековой тирании русского шовинизма…

– Представители таджикской культурной автономии по указанию нового мэра Москвы Алима Агалакова патрулируют улицы города в отведённом им секторе…

– Ичкерия, Кабарда, Черкесия и Дагестан объявили о своём суверенитете и направили официальные обращения в ООН.

– Российские сепаратисты несут огромные потери, оказывая сопротивление войскам НАТО в центральных областях страны…

Саша отложил планшет. Вместо азиата у выхода теперь сидел очень широкий в плечах негр. Он меланхолично жевал крекеры и, низко наклонившись, смотрел в своём телефоне что-то интересное. Быстрая английская речь то и дело сменялась какофоний восторженных возгласов. Автомат он прислонил к стулу, а каску вовсе снял, положив у ноги.

Саша встал, сунул ноги в тапочки, в которых его и привезли сюда. Внутри было некое странное ощущение полноты. Он словно сиял изнутри, голова гудела колоколом, сердце колотилось. Негр, конечно, всего этого не увидел. Для него Саша так и выглядел, как есть – местный белый, исхудавший, блеклого, серого цвета с отросшими, клочковатыми волосами. Глянул не него равнодушно и снова уткнулся в телефон.

Главное, чтобы не было резких движений. Ноги были слабоваты, но вполне себе ходят. Шаги нужно делать размеренно, даже чуть шаркая. Ещё пару шагов. Ещё. Теперь быстро присесть. Лишь бы не зацепиться. Так. Схватить крепко. Резко вверх. И прикладом вниз, ещё резче.

Голова у негра при ударе нырнула вниз, так, что он носом ударился в собственный телефон. Что-то хрюкнул нечленораздельно. Взгляд снизу-вверх, расширенные, непонимающие глаза, красные ниточки в желтоватом белке. Так. Приклад лёгкий. А теперь вот так, как той самой, архаичной дубиной. И ещё раз. И ещё. Череп крепкий. Кожа на коричневой башке лопнула, брызнула кровавыми брызгами. Хрустнула кость.