Главный герой. Биография Леонардо ДиКаприо

За десять лет до кокаина и эскортниц новобранец Уолл-стрит робко вылезает из потрепанной тойоты, свой первый рабочий день в Мекке капитализма он начинает в компании скромницы жены, заботливо подбросившей его в сердце зла. Как известно, Белфорт, мечтавший с детства стать дантистом, бросил Балтиморский колледж стоматологической хирургии после того, как в приветственной речи декан факультета заявил, что золотые дни для стоматологов позади. Извилистый путь к большим барышам Джордан начал, устроившись брокером в L F. Rothschild. Благодаря чему в золотой подборке Youtube теперь навеки содержится эпизод инициации героя ДиКаприо за ланчем: Марк Ханна, глава деска (изможденный подготовками к главной роли в «Далласком клубе покупателей» Мэттью Макконахи), подробно инструктирует Джордана – ежедневная мастурбация, много алкоголя и еще больше белого порошка, вот три кита, на которых держится Уолл-стрит. Правильно смешанный из этих трех ингредиентов коктейль позволит его потребителю всегда закрывать сделки с клиентом на выгодной для себя позиции. Уже в этой сцене видно, насколько нюансировано Леонардо понимает поставленную перед ним задачу – от оголтелого бурлеска до тонкой самоиронии один поворот головы, один взгляд. Неслучаен тут и анонсированный с самого начала концептуальный подход – актер будет регулярно разрушать невидимую «четвертую стену», отделяющую его безумного персонажа от ошеломленных зрителей. Совершенно очевидно, что невероятные поступки, увы, имели место в реальности, заверяет Белфорт аудиторию, параллельно будто разводя руками – ничего не попишешь, да, виноват.

В течение нескольких лет, предшествовавших съемкам, ДиКаприо ежедневно встречался с Белфортом, его бывшей женой, его подчиненными и даже с агентом ФБР Джозефом Боргом, расследовавшим махинации Stratton Oakmont. Актер был убежден, что в мемуары Белфорта вошли далеко не все моменты непрерывной вакханалии, в которую его герой превратил свою жизнь и бизнес. Результаты исследований он приносил в виде заметок Скорсезе, постоянно исправлявшему на основе этих мемо сценарий. Подготовительный процесс многомиллионного фильма приобрел олдскульные черты независимых продакшенов времен молодости Марти – с подобным энтузиазмом в семидесятые они вместе с Робертом Де Ниро создавали «Таксиста», а с Харви Кейтелем – «Злые улицы». В интервью Скорсезе отмечал, что предыдущие сотрудничества с ДиКаприо проходили исключительно в формате «учитель-ученик», почти десять лет он называл Леонардо на площадке «малышом», и только на «Волке с Уолл-стрит» они стали равноправными соавторами. Важно, что «Волк с Уолл-стрит» также стал первой картиной в карьере ДиКаприо, на которой граница между героем и актером практически полностью стерлась, – до сих пор доподлинно неизвестно, была ли сцена оргии в боинге-747 выдумкой Леонардо, перевоплотившегося в Джордана, или реально произошедшим событием. К началу съемок, по свидетельствам их участников, дух распутства, местами выливавшегося в прецеденты клинического сумасшествия, вселился в звезду, а игра превратилась в чистую импровизацию. «Волк с Уолл-стрит» также единственный в фильмографии Скорсезе проект, на котором режиссер просил актеров делать не меньше, а больше в кадре, не опасаясь, что их перформанс покажется зрителям чрезмерным и неправдоподобным. Стремление к пуризму было на время Скорсезе оставлено, хотя при монтаже, тянувшемся почти год, они с Тельмой Скунмейкер оказались в ситуации воистину рыночного изобилия – первоначальный final cut длился пять с лишним часов, и только путем, охарактеризованным Скорсезе как садомазохистский, был достигнут устроивший продюсеров консенсус в виде трехчасовой версии. Скорсезе объяснял прессе, что для понимания природы его персонажей, их извращенной логики, ему требовалось показать и предшествующие отвратительным поступкам не менее отвратительные рассуждения в переговорной, где Джордан и Кº обмозговывали не сделки, а увеселения, устраивавшиеся на еще не вырученные от сделок барыши.