Я — социопатка. Путешествие от внутренней тьмы к свету

— Да ничего, — прервал ее Дэвид, поцеловал меня в щеку и прошептал: — До встречи.

И ушел.

Часть II

Глава 7. Капитан Апатия

Свет уличных фонарей отражался от асфальта. Я неслась по бульвару Сансет. Солнце зашло, и резко похолодало, а на мне были только шорты и футболка. Я потянулась включить обогрев, но поняла, что не знаю, как это сделать. Машина была не моя.

Я притормозила, рассмотрела приборную доску и нашла кнопки управления температурным режимом. Я угнала машину несколько часов назад и все это время гоняла по ночным улицам Лос-Анджелеса; разбираться в кнопках было некогда. Но теперь радостный мандраж прошел, я замерзла и ощущала лишь холод, пустоту и раздражение.

Наконец нужная кнопка отыскалась; зажужжала вентиляция. Из решеток подул горячий воздух, и я откинулась на сиденье, разомлев в тепле. Часы на приборной доске показывали полночь, и я вспомнила, что снова нарушила комендантский час в общежитии. Вздохнула, посмотрела на потолок и подумала: «Настанет ли когда-нибудь день, когда мне будет не плевать на комендантский час и вообще на что угодно?» Пока мысль об этом меня только забавляла.

Стоило согреться — и настроение мигом улучшилось. Несколько минут я просто сидела в машине, припарковавшись у аптеки. На пассажирском сиденье лежал бумажник владельца. Я взяла его и достала одну из кредиток. Вышла из машины и направилась в аптеку, готовая к следующему приключению.

Полгода назад я уехала из дома в колледж, и с тех пор все шло не по плану.

Я решила поступить в Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе в одиннадцатом классе.

— Поздновато для поступления в колледж в другом штате, — заявила миссис Родригес, наш школьный профориентатор.

Я находилась напротив нее, а она восседала за столом. У нее за спиной висел постер, изображавший мужчину на фоне нескольких «ламборгини». Надпись гласила: «Вот зачем нужно высшее образование». Мне всегда хотелось сорвать этот постер и выбросить в окно.

Она изучила мой табель и сказала:

— Абитуриентам из других штатов советуют подавать заявки сильно заранее.

Я уже успела возненавидеть миссис Родригес. Несмотря на ее любовь к брючным костюмам ярких цветов, которые ее совсем не украшали, она явно была из тех, кто расшибется в лепешку, но никогда не нарушит правила. Еще она отличалась крайним пессимизмом, что вместе с остальным давало худшую комбинацию из возможных.

— Вообще-то, — бодро проговорила я, — мой папа живет в Калифорнии, так что я, считайте, тоже оттуда. — Я сказала это не для того, чтобы с ней поспорить, но миссис Родригес взглянула на меня так, будто хотела влепить мне пощечину. Она поерзала на стуле и затеребила брошку в виде гусеницы, усыпанной драгоценными камушками и безвкусно сверкавшей на лиловом лацкане ее пиджака.

— Насчет этого не знаю, — заметила она, — но не думаю, что есть смысл подавать заявку в Калифорнийский университет так поздно, особенно учитывая, сколько прекрасных колледжей есть у нас буквально в двух шагах от дома! Вот тебе самой понравилось бы, если бы калифорнийцы понаехали к нам во Флориду и заполонили Университет Флориды?

Мне было абсолютно начхать, даже если бы в Университете Флориды учились сплошь калифорнийцы. К тому же я не собиралась слушать совета женщины, считавшей вершиной успеха покупку древних спортивных машин. Но вслух я, естественно, об этом не сказала.

Я остановила выбор на Калифорнийском университете не потому, что мечтала об академических успехах, а потому, что он был далеко. Я была подростком, стоявшим на пороге взрослой жизни, но так и не приблизилась к пониманию того, что именно отличало меня от остальных людей. Хуже того, я так и не научилась направлять свои деструктивные импульсы в менее разрушительное русло. До сих пор мне везло. Помимо вечерней слежки за соседями и проникновения в пустые дома, я нашла еще несколько способов тайно реализовывать свои темные стремления и пользовалась ими все время, пока училась в средней и старшей школе. Но уравновешивать темную и светлую стороны личности очень сложно. Мы жили в маленьком консервативном городке, и рано или поздно удача должна была повернуться ко мне спиной.

«Мне нужно жить в большом городе», — решила я и представила место, где не надо будет постоянно тратить столько усилий, чтобы оставаться невидимкой, где можно будет спрятаться у всех на виду. И однажды меня осенило. Лос-Анджелес! Город, где теперь жил папа, мог дать мне то, о чем я прежде могла только мечтать: возможность мгновенно затеряться в толпе. Огромная территория, миллионы жителей — в Лос-Анджелесе я могла стать кем угодно. Слиться с окружением. Исчезнуть.

Мама не сильно обрадовалась, узнав о моем плане переехать на другой конец страны. Но я стояла на своем, и на то было много причин. Хотя я любила семью, я понимала, что должна уехать от родных подальше не только ради себя, но и ради них. Особенно это касалось сестры: та начала догадываться, что я лишь притворяюсь «хорошей девочкой», и это меня тревожило.

— Посмотри, — сказала она однажды.