Я — социопатка. Путешествие от внутренней тьмы к свету

— Да прям! — рассмеялся Дэвид. — Слушай, надо как-нибудь приехать к тебе в гости. У тебя сумасшедшая жизнь.

Представив, что Дэвид приедет в гости, я почувствовала себя такой счастливой. Естественно, я не рассчитывала, что это решит все мои проблемы. И все-таки даже думать об этом было здорово. Приятно было слышать его голос и представлять, как мы снова увидимся. Это не казалось самообманом, это казалось реальностью, хоть я и знала, что просто фантазирую.

— Как давно мы не виделись? — спросил он. — Года два?

— Почти три, — ответила я. С момента нашей встречи это была самая долгая наша разлука. — Но я и не заметила, как пролетели годы.

Некоторое время мы молчали. Потом Дэвид нарушил тишину:

— Странно, мы не виделись три года, живем в разных концах страны, а я все равно каждый день о тебе думаю. Как будто мы соседи.

Я улыбнулась: значит, он тоже думал обо мне.

— Я тоже, — ответила я.

— И как думаешь, что это значит? — спросил он.

— Не знаю, — ответила я, рассеянно копаясь в одном из ящиков стола мистера Хефнера.

— Одно знаю точно, — тихо проговорил он, — ты самая крутая девчонка, которую я встречал.

Я перестала рыться в ящике и улыбнулась:

— Правда? Ты тоже крутой.

Последовала пауза. Я решила разрядить обстановку:

— Я пришлю тебе маленький подарок из кабинета Хью Хефнера. Считай это наградой давнему подписчику.

— Прошу, не надо ничего красть.

— Господи, да расслабься ты, — ответила я. — Нельзя быть таким правильным.

— Правильный потому, что не ворую?

— Проси прощения, а не разрешения, — процитировала я свой девиз.

— Какой ужас.

— Что ж, таков мой девиз, и пока он прекрасно работает. — Дэвид рассмеялся. — Диктуй адрес.

Он продиктовал свой почтовый адрес, и мы попрощались. Потом он добавил:

— Знай, я очень тебя люблю.

Я знала. Даже спустя столько лет.

— Я тоже тебя люблю, — ответила я и повесила трубку.

Сидя там, в темноте, с нагревшимся от телефона ухом, я ощущала небывалый покой. Но теперь его причиной была не апатия и не ощущение себя невидимкой, как несколько минут назад, когда я только вошла в кабинет. Теперь я, напротив, чувствовала, что меня видят. Ощущала принятие. Знала, что могу быть честной и при этом оставаться в безопасности.

Я сунула блокнот в карман и повернулась к выходу. Но на полпути к двери остановилась, вернулась за стол, взяла ручку и приписала:

P. S. Нет, на самом деле я взяла один из ваших блокнотов и подарю его старому другу. Надеюсь, вы не против.

«Дэвид бы мной гордился», — подумала я, уходя. А потом вспомнила маму. Нежданное воспоминание захлестнуло меня, как приливная волна. Я вспомнила, что чувствовала, признаваясь в своих преступлениях, и как мама называла меня своей честной девочкой. На миг я вновь перенеслась в Сан-Франциско, где витали ароматы шоколадного торта и мне еще не надо было прятаться, в те времена, когда я еще не знала ни про социопатов, ни про лжесоциопатов, а мои чувства к маме были так сильны, что их было достаточно, чтобы стараться изо всех сил быть лучше. Принятие себя тогда было не задачей, а данностью. Тогда я еще не понимала, что отличаюсь от всех, и не чувствовала себя одной на всем белом свете. «Я не всегда была преступницей, — подумала я. — Когда-то я знала другой способ прогнать апатию».

Меня отвлекла искра света: в темноте вспыхнул глаз фарфорового тигра. Я подмигнула ему, повернулась и ушла. Через несколько секунд вышла из особняка и зашагала по длинной извилистой дороге к своей машине, пытаясь разобраться в своем внутреннем состоянии. Была ли я еще пьяна или чувствовала что-то другое? Нет, пожалуй, я больше не чувствовала себя пьяной. Теперь я ощущала себя… нормальной.

Глава 13. Чувство дома

Однажды поздно вечером, через несколько недель после вечеринки, я сидела дома и внезапно вздрогнула, услышав стук в дверь. Я встала с дивана и заглянула в глазок. А потом распахнула дверь, раскрыв рот от удивления.

На пороге стоял Дэвид и нервно улыбался:

— Я не знал, пошутила ли ты, когда приглашала меня в гости, но решил рискнуть.

Я бросилась ему в объятия и чуть его не опрокинула.

— Как ты сюда попал? — наконец спросила я, уткнувшись ему в шею.

Он рассмеялся:

— На машине, глупая. Собрал все вещи и отправился на запад.

Я отодвинулась и изумленно вытаращилась на него:

— Ради меня?

— Ради тебя, — ответил он и поцеловал меня.

Этот поцелуй оказался в точности таким, как я всегда мечтала в редкие моменты, когда позволяла себе мечтать. Вмиг всколыхнулись старые чувства, апатию как рукой сняло. Сильные руки и уверенная манера Дэвида всегда вызывали у меня ощущение, что я дома.