Яблочные дни. Часть II. Мыши и тени

Что устроила Хенрика?! Мальчишка — принц Рекенья? В таком случае, венценосные семейства наводнили Фёрнфрэк! Или этот Гарсиэль выдумывает? Райнеро не говорил о младшем брате, да и Хенрика не сумасшедшая, чтобы усыновлять племянников из Эскарлоты.

— Гарсиэль, замолчи сейчас же! И послушай меня. Сейчас мы вернемся к нашим гостям и я объявлю тебя законным наследником трона Блицарда. Ты — сын Айрона-Кэдогана Нейдреборна, моего погибшего жениха. Сын дракона, Гарсиэль. И все эти люди принесут присягу мне и тебе, своему будущему правителю.

— Этого не случится, я же…

— Под знаменем Яльте мы соберем свою армию, а когда Лауритс приедет сюда, мы встретим его новой войной.

— Ты мне лгала! Я устал от притворства! Ты всё это время делала вид, что любишь меня, а на самом деле использовала! Нет никакого «сына» и «Гарсиэля», есть только блицардский трон!

— Я же люблю тебя, своего сына. Ты сам называешь меня матерью.

— Потому что ты так хочешь! Хватит! Я не малыш, каким ты меня считаешь, я все понимаю! Я не вещь, я живой! А все вокруг только и делают, что вертят мною как хотят, будто я игрушка!

— Гарсиэль, прекрати сейчас же!

— Гарсиласо!

— Мой сын не будет носить эскарлотское имя!

— Я не твой сын! И ты мне не мать! Оставь меня, не трогай!

— Ах так! — голос Хенрики стал таким же, как тогда, когда она угрожала Оссори. Тётушка она или мать, но мальчишка после этого должен присмиреть… — Хорошо же. Оставайся здесь и подумай о своих словах. Подумай, нужен ли ты кому-нибудь кроме меня. Куда ты пойдёшь без меня? К кому? Вспомнил об эскарлотском троне? Так знай, тебя в Эскарлоте не ждут. Твой отец погиб, Мигель ви Ита возьмёт тебя в плен или убьёт, дядюшка использует в своих целях, и в результате ты всё равно погибнешь, если, конечно, перед этим тебя не зарежет старший брат. Вспомнил любимого мэтра Кёртиса? Он скоро уедет своей дорогой, ты ему не нужен. Ну что, нужен ли ты кому-нибудь, кроме своей мамы?

— Я тебя ненавижу…

Послышался звонкий шлепок. Хватит подслушивать чужие ссоры. Оссори шагнул в полосу света и распахнул дверь.

Чернявый мальчик лет девяти на вид прижимал руку к красной щеке и пятился к двери. Берни пытался отогнать мысль о том, что это мог быть сын Кэди. Нет, всё-таки невозможно, но черные кудри, строптивый нрав… Он нашёл взглядом Хенрику. Она силилась заглушить всхлипы, прикрыв рот ладонью. Потянулась к племяннику, но мальчишка шарахнулся от неё и тут-то и наскочил на Берни. Испуганно подпрыгнув, он развернулся и вперил в Оссори косые, полные слёз глазищи. Не зеленые, как у Кэди. Голубые, как у матери? Нет, у Хенрики не могло быть детей…

— Оссори! — Хенрика встретила его гневным прищуром, но сразило Берни не это, а невыносимый блеск, покрывавший её с шеи до пят. Уже запустила руку в андрийские копи, чтобы расшить себе платье? — Вы нежеланный гость в моем доме. Зачем вы пришли?

Берни следил за мальчишкой краем глаза, но тот и не думал удирать, только смотрел боясь шелохнуться.

— Я покорил Фёрнфрэк не за тем, чтобы здесь опять зародилось неповиновение. — Главнокомандующий осадной армией отвел от бедра ножны так, чтобы они перегородили дверной проем. — Но только что зарвавшаяся волчица принимала присягу бунтливых зайчат… Это государственная измена, любезная, и отныне в ней будет обвинен всякий, кто обратится к тебе как к правительнице. Ты помещаешься под домашний арест до приезда своего короля. В память о нашей дружбе, я сделаю вид, что не слышал того бреда о сыне Кэдогана и наборе новой армии. Видишь, я могу быть добрым дьяволом, славным малым.

А вот и королева. В Оссори устремился гневный взгляд, пожалуй, ещё немного, и к его шее потянутся яльтийские ручки. Хенрика часто дышала, от злости, что парила вокруг неё, и без того маленькая комнатка будто начала сужаться. Интересно, кого, рассорившись с Райнеро, она хотела поставить во главе своей армии? Хотя, если облачить такую Хенрику в доспех, она сама вдохновит на подвиги любого мужчину.

— Слизень Яноре мне не король, — отчеканила она. — Но тебе мало держать в плену одного Яльте, захотел заковать в цепи обоих хозяев Андрии?

Мальчишка вздрогнул, повернулся к Хенрике, нарядная куртка точно стала ему оковами. И где рос этот трусишка? Ручонка сжимает эфес отнюдь не зубочистки, оружием его мама обеспечила, а вот храбрость так просто не навесить.

— Мой пленник цепей не заслуживает, а вот ты… Что, порвешь за такие слова мне глотку, Волчица Андрии?

— Это сын Кэдогана, но мой Кэди не доверил тебе этой тайны. — Женщина ощерилась, но вышло это и в половину не так убедительно, как у её племянника. — Потому что малыш Оссори был недостоин зваться побратимом Айрона — Кэдогана! Ты не линдворм, ты даже не ящерка.

Верно, с этого вечера он не линдворм, он медведь, кем и должен быть. Что там говорила Альда? Медведь берёт к себе девицу, покуда её отец не уплатит долг… Уговорились, госпожа Яльте, будем жить по северным законам.