Иисус. Человек, ставший богом

Апокалиптические писатели в мрачных тонах описывали положение Израиля. Зло захватывает все вокруг. Все находится во власти сатаны. Все беды, страдания и несчастья олицетворяет он. Подобное мифическое представление не было проявлением наивности. Те провидцы прекрасно знали, что зло рождается из сердца каждого человека, но они подмечали, как затем оно овладевает общественным организмом, законами и традициями, чтобы в итоге разрушить собой все. Жесток не только Ирод, и не только священнический род Анны разлагается. Крупные землевладельцы не единственные угнетатели, как и сборщики налогов — не единственные злодеи. Есть «что-то» еще. Поработившая народы Римская империя, корыстное управление Храмом, эксплуатация крестьян, задавленных всевозможными податями и налогами, интерпретация законов в свою пользу со стороны некоторых книжников — похоже, все это подпитывается и направляется таинственной властью зла. Вот где зло — оно не только в поступках людей; все впитывают его из социального и религиозного окружения как некую сатанинскую силу, которая их ведет, подчиняет себе и лишает человечности.

В этой апокалиптической атмосфере Иисус объявляет, что Бог уже начал вторжение в царство сатаны и разрушение его власти. Окончательная битва уже началась. Бог пришел уничтожить не людей, а зло, лежащее в корне всего и ведущее к деградации всей жизни. Иисус убежден в том, что говорит: «Я видел сатану, спадшего с неба, как молнию». Возможно, эти слова — эхо определенного опыта, который сильно повлиял на его жизнь[220]. Иисус видит, что зло начинает разрушаться. Идет осуществление того, чего ожидали в некоторых кругах: «И тогда явится царствие Его во всяком творении Его. И тогда диавол обретет конец, и скорбь с ним отойдет»[221]. Враг, с которым нужно бороться, это — сатана, и никто больше. Бог пришел не для разгрома римлян или истребления грешников. Он жаждет освободить всех от власти зла. Это сражение между Богом и силами зла за контроль над миром не «мифическая битва», а реальное и конкретное противостояние, постоянно происходящее в истории человечества. Царство Божье прокладывает себе путь туда, где больные освобождаются от страданий, бесноватые испытывают облегчение от того, что их муки отступают, а бедняки обретают свое достоинство. Бог — это «антизло»: он хочет «уничтожить» все, что причиняет человеку вред[222].

Однако Иисус говорит уже не о «гневе Божьем», как Креститель, а о Его «сочувствии». Бог является не в качестве разъяренного Судьи, а как безгранично любящий Отец. Люди слушают Его удивленно, ведь все готовились к встрече с грозным Судьей. В писаниях того времени говорилось: «Он встанет со Своего трона в возмущении и ярости», «Он отомстит всем Своим врагам», «Он сотрет с лица земли тех, кто вызвал Его гнев», «никто из злодеев не спасется в день суда гнева»[223]. Иисус, наоборот, хочет уничтожить сатану, символ зла, а вовсе не язычников или грешников. Он никогда не встает на сторону иудеев против языческих народов: Царство Божье состоит не в победе Израиля за счет окончательной расправы с язычниками. Он также не занимает позицию законников, выступающих против грешников: Царство Божье не в том, чтобы святые одержали победу, а злодеи заплатили за свои грехи. Он стоит на стороне страдающих и противится злу, потому что Царство Божье заключается в освобождении всех от того, что мешает жить достойно и счастливо.

Если Бог приходит «царствовать», то не для того, чтобы объявить о своей власти над всеми, а чтобы проявить свою доброту и сделать ее плодотворной. Любопытно, что Иисус, постоянно говорящий о «Царстве Божьем», называет Бога не «Царем», а «Отцом»[224]. Его Царство никому не навязывается силой; Его задача — наделить жизнь милосердием и наполнить все творение Его состраданием. Это милосердие, с ответственностью воспринятое всеми, может победить сатану — олицетворение враждующего мира, направленного против Бога и человеческого существа[225].