Иисус. Человек, ставший богом

Идея Иисуса была столь соблазнительной, что казалась невероятной. Однако Иисус заявляет с полной уверенностью: Бог таков. Он не хочет оказаться в полном одиночестве посреди «пустого зала». Угощение готово, и двери на большой праздник открыты всем, потому что Он всех считает друзьями и подругами, достойными разделить Его стол. Бог счастлив, что бедные и униженные, отверженные и грешники могут радоваться вместе с Ним. Иисус уже сейчас переживает эти моменты радости. Поэтому он с удовольствием делит пищу с теми, кого общество презирает и отвергает. Те, кого никто не пригласил, однажды сядут за стол с Богом!

Прощение, предложенное Иисусом

Иисус воспринимает принятие пищи с грешниками как процесс исцеления. Когда он сталкивается с обвинениями по поводу своего странного и вызывающего поведения, он отвечает поговоркой: «Не здоровые имеют нужду во враче, но больные»[456]. Эти совместные трапезы носят терапевтический характер. В них Иисус делится своим доверием и дружбой, он освобождает людей от стыда и унижения, он возвращает их из состояния отверженности, принимая их как друзей. Постепенно в них просыпается чувство собственного достоинства: они не заслуживают того, чтобы их отталкивали. Впервые они почувствовали себя принятыми человеком Божьим. Теперь их жизнь может измениться.

Именно поэтому их застолье веселое и праздничное. Они пьют вино и, возможно, исполняют песнопения[457]. В глубине своего сердца Иисус радуется возвращению «заблудших» к Отцу. Они ведь тоже сыновья и дочери Авраама. Веселье Иисуса передается всем. Невозможно грустить в его компании. Это настолько же абсурдно, как поститься на свадьбе у жениха[458]. Разумеется, застолья не носили дионисийского характера, какие, возможно происходили в Сепфорисе или Тибериаде[459]. Иисус не призывает к распущенности. Он не оправдывает грех, коррупцию или проституцию. Он только разрывает порочный круг дискриминации, открывая новое пространство для дружеской встречи с Богом.

Иисус садится за стол с грешниками не как суровый судья, а как гостеприимный друг. Царство Божье — это прежде всего милость, а не суд. Милость стоит над судом. Бог — это Благая весть, а не угроза. Грешники и проститутки могут радоваться, пить вино и петь вместе с Иисусом. Эта пища — настоящее «чудо», исцеляющее их изнутри. Они начинают ощущать, что Бог не злой судья, в гневе ожидающий их. Он друг, идущий им навстречу и предлагающий свою дружбу. Теплое принятие со стороны Иисуса помогает этим женщинам и мужчинам признать себя грешниками. Им нечего бояться. Пренебрежительное отношение и их отвержение обществом не позволяло им смотреть на Бога с доверием; радушие Иисуса возвращает им утраченное достоинство. Они не должны ни от кого прятаться, даже от самих себя. Они могут открыться прощению Божьему и измениться. С Иисусом возможно все.

Грешникам, садящимся с ним за один стол, Иисус предлагает прощение, проявляемое в дружеском принятии. Тут нет сцен признания и отпущения грехов, он просто встречает их как друзей. В христианских источниках сохранилось описание двух случаев, когда Иисус в торжественной форме предлагает прощение во имя Божье. Одно из этих волнующих событий произошло в Капернауме, когда он увидел парализованного человека, который не мог ходить. Иисус обратился к нему особенно ласково: «Чадо! Прощаются тебе грехи твои»[460]. В другой не менее волнующей сцене Иисус, обращаясь к проститутке, покрывающей его ноги поцелуями, слезами и ласками, произносит слова, которые наполняют ее миром: «Прощаются тебе грехи»[461].

В эти моменты Иисус торжественно дарует прощение, отпуская грешнику его грехи[462]. Но, похоже, во время трапезы с «мытарями и грешниками» он ведет себя совсем иначе. В источниках он представлен, скорее, как близкий друг, радушно приглашающий их за стол, вкушающий с ними угощение и радующийся. Такое поведение Иисуса напоминает действия милосердного Бога, которые он сам описывает в своих притчах, когда отец тепло встречает своего заблудшего сына и устраивает по этому поводу праздник, или когда пастух, найдя пропавшую овцу, радуется вместе со своими друзьями[463].