Исконно русская Европа. Откуда мы?

Нелегко это понять еще и потому, что историки обычно представляют наемников «кочевниками», «номадами», скотоводами и бог знает кем еще. Но скотоводы-то они липовые, поскольку стадами было принято откупаться от этих незваных гостей. Ведь скот в то время выполнял функцию денег. Немудрено, что бродивших по свету с огромными стадами скота скотокрадов приняли за скотоводов. Тем самым в обиход была запущена байка, которая на протяжении веков морочит людям головы.

Трудно, практически невозможно понять, как добродушные, безграмотные пастухи могли встать во главе, или, по крайней мере, влиять на политику крупных государств, таких, например, как Византия (турки-сельджуки), Египет, Сирия (мамелюки, гулямы), Индия (наемники турушка), Болгария (булгары), Хазария (тюрки династии Ашина), Киевская Русь (торки, печенеги, ковуи, половцы, берендеи, черные клобуки) и др.

Легко заметить, что во всех этих и многих других случаях речь идет о тюрках, к которым принадлежали и кипчакоязычные народы. Тюркскими по происхождению были династии правителей Йемена (Расулиды, 1229–1454 гг.), Азербайджана (Ильдегизиды, 1137–1225 гг.), Маверанахра и Восточного Туркестана (Караханиды, 992—1211 гг.), Ирана (Сефевиды, 1501–1732 гг.), Хорасана, Афганистана и Северной Индии (Газневиды, 977—1186 гг.) и др.

В чем секрет такой удачливости тюрок? Л.Н. Гумилев объясняет это следующим образом: «Мусульмане, сталкиваясь с тюрками, отметили их удивительное умение находить общий язык с окружающими народами. Эти качества тюрки проявляли вне зависимости от того, приходили ли они в новую страну как победители или как гости, как наемники или как военнопленные рабы; в любом случае они делали карьеру с большим успехом, чем представители других народов». В подтверждение этой мысли Л.Н. Гумилев приводит слова Фахраддина, мусульманского историка XII века: «Кто может спросить, что за причина славы и удачи, которая выпала на долю турок? Ответ: общеизвестно, что каждое племя и класс людей, пока они остаются среди собственного народа, среди своих родственников и в своем городе, пользуются уважением и почетом, но, когда они странствуют и попадают на чужбину, их презирают, они не пользуются вниманием. Но турки наоборот, пока они находятся среди своих сородичей и в своей стране, они представляют только одно племя из числа других турецких племен, они не пользуются достаточной мощью и к их помощи не прибегают. Когда же они из своей страны попадают к мусульманам – чем дальше они находятся от своих жилищ, родных и страны, тем больше растет их сила, и они более высоко расцениваются, они становятся эмирами и сипехсаларами».

И ниже: «Среди изречений Афрасиаба, который был царем турок и был безгранично мудрым и умным, было изречение такое: «Турок подобен жемчужине в морской раковине, которая не имеет ценности, пока живет в своем жилище, но когда она выходит наружу из морской раковины, она приобретает ценность, служа украшением царских корон, шеи и ушей у невесты»[64].

Все эти славословия больше ласкали бы слух какого-нибудь пантюркиста, нежели трезвомыслящего историка. Видимо, надо сделать поправку на тюркское происхождение Л.Н. Гумилева, мать которого, Анна Ахматова, принадлежала, сказывают, к числу потомков хана Ахмата, противостоящего Ивану III в «стоянии на Угре».

На самом деле разгадка «удачливости» тюрок кроется в другом, а именно, в их принадлежности к воинской касте, или к сословию «всадников». Не «удивительное умение находить общий язык с окружающими народами», а военная выучка вынуждала окружающие народы признавать верховенство тюрок.

В подтверждение этого можно привести массу свидетельств. Например, у того же Гумилева можно найти сведения о том, что тюрки с малолетства приучались на полном скаку стрелять из составного лука.

Культ войны зафиксировал у монголов, воинство которых большей частью состояло из тюрков, Плано Карпини: «Мужчины ничего вовсе не делают, за исключением стрел, а также имеют отчасти попечение о стадах; но они охотятся и упражняются в стрельбе, ибо все они от мала до велика суть хорошие стрелки, и дети их, когда им два или три года от роду, сразу же начинают ездить верхом и управляют лошадьми и скачут на них, и им дается лук сообразно их возрасту, и они учатся пускать стрелы, ибо они очень ловки, а также смелы.

Девушки и женщины ездят верхом и ловко скачут на конях, как мужчины. Мы также видели, как они носили колчаны и луки. И как мужчины, так и женщины могут ездить верхом долго и упорно… Все женщины носят штаны, а некоторые и стреляют, как мужчины».

Нужны ли такие навыки мирным скотоводам? Вряд ли. А вот людям, промышляющим войной, очень даже пригодились бы. Только выявив в тюрках профессиональных солдат, можно понять сущность такого феномена, как захват ими руководящих постов в развитых государствах. А то, что это были именно профессиональные солдаты, следует из многих источников.