Исконно русская Европа. Откуда мы?

На самом деле изначально казачество представляло собой орден, т. е. сообщество по отъему товара у населения и последующей его перепродаже. Интересный факт: по некоторым сведениям среди польских гусар бытовало обращение друг к другу «товарищ», что может указывать на происхождение этой касты или сословия от вольнонаемных казаков. В пользу этого свидетельствует и сходство названий: гусары-хазары-казаки.

Итак, принадлежность белорусов (сябров) к тюркскому миру не составляет тайны. Наемничество, или, если можно так выразиться, «сервиентство» – главное призвание совокупно всех сербов, в т. ч. и сябров. Им они и отметились в истории. В 602 году, разгромив авар по просьбе византийского императора Ираклия, сербы поселились на Далматинском побережье в качестве византийских федератов. В 789-м и 791 г. полабские сербы вместе с чехами участвовали в походах франкского короля Карла против Аварского каганата, опять-таки в качестве наемников.

Славянское происхождение слова «сябры» порождает следующую дилемму. С одной стороны, «сербы» («сябры») – это латинское слово, причем хорошо укоренившееся в романо-германских языках (сервы, сервиенты, сержанты, сервис, сервер и т. д.). С другой – это славянское слово «собрат» («товарищ»), близкое к названию лужицких сербов (сорбы). Если верно второе, то первичным значением его будет как раз славянское «собрат», а не латинское «служащий».

Впрочем, одно другому не мешает. Ведь упомянутая выше категория солдат Ордена (прочие братья) иначе называлась «братья-сервиенты», объединяя, таким образом, оба значения.

«Братья-сервиенты» и будет исконным значением всех этих «тюрок», «тавров», «савиров», «северян», «сербов» и прочих сообществ или братств, ошибочно принятых за этносы. Именно из этого корня произрастает весь букет упомянутых и еще не упомянутых здесь псевдоэтносов, а на самом деле воинских братств, некоторые из которых, как, например, турки с сербами и туркменами, все же смогли со временем превратиться в настоящие этносы, образовав государства.

Глупо полагать, что братство наемников могло быть мононациональным. Вся история этому противоречит. Даже ордена крестоносцев, различаемые часто с помощью этнических ярлыков (тевтонцы – немцы, тамплиеры с иоаннитами – французы), были интернациональными по своему составу. Значит, и о сербах можно мказать то же самое. Понадобился достаточно большой промежуток времени и компактность проживания в рамках самостоятельных государств, чтобы из этих разнородных, непоседливых ватаг сформировались настоящие этносы с общими менталитетом, культурой и языком. Сказанное относится и к белорусским сербам – «сябрам».

Все это не мешает иным белорусам выдавать себя за чистокровных славян, если не арийцев. Оказывается не только немцам, но и тем, кого они называли slave (раб), свойственно рядиться в тоги небожителей. Можно было бы просто посмеяться над этой причудой сознания, если бы не одно «но». Самолюбование здесь выступает обратной стороной неприязни или даже ненависти. Ненависти к инородцам, под которыми, чаще всего, понимаются россияне. Это от них, страшных угро-финно-татарских «москалей» всю свою жизнь страдали невинные «агнцы» – белорусы. Это они, эти дикие азиаты-«моксели», на века задержали вхождение Святой Руси – Белоруссии – в дружную семью просвещенных европейских народов.

И самое главное. Они, эти коварные «москали», не будучи русскими (славянами), совершили страшный подлог: украли у украинцев и белорусов их старое, доброе имя «Русь» и без спроса перешли на русский (славянский) язык. «Какое отношение к этой и другой Руси, – пишет один из «арийцев», М. Голденков, разумея, конечно же, под «этой и другой Русью» только западные ее части, т. е. Украину с Белоруссией, Карпатскую Русь и побережье Балтийского моря (Новгород, землю Шлезвиг-Гольштейн в Германии и остров Рюген), – имеет Московия и ее наследница страна Россия? Минимальное. Если уж считать, что Московия как-то активно состыкуется с Русью и является ее неотъемлемой частью, то Швеция и Дания найдут куда больше исторических фактов и доказательств, чтобы оправдать свою русскость в любом суде.

Практически же Москва не имеет никакого отношения к Руси, кроме того, что впервые где-то в 1480 гг. попыталась прозваться Белой Русью»[76].

Это у человека, мало-мальски знакомого с историей, подобная чушь может вызвать гомерический хохот. Неокрепшие же умы могут поддаться ее вредному воздействию. И здесь уже не до смеха. Но коснуться темы происхождения великороссов надобно не с целью минимизации этого воздействия. Точнее, не только с этой целью. Очень уж близка эта тема вопросу происхождения монголов. Ведь именно по Руси прокатились катком монгольские орды. И, между прочим, русские в этих ордах тоже были замечены. А потому вопрос сей удобней рассматривать сквозь призму представлений о Руси, в том числе, и как «колыбели трех братских народов».