Исконно русская Европа. Откуда мы?

А вот что пишет Е.П. Савельев о казачьем обряде брака: «Усвоив себе главные догмы Христова учения, как они были установлены первыми вселенскими соборами, казачество, будучи оторванным от всего христианского мира и при этом считавшее себя выше и сильней других наций (это явление наблюдается во всех военных орденах), во всей остальной духовной жизни осталось верным своим старым заветам. Это характерно сказалось во взглядах казачества на некоторые церковные обрядности и особенно на таинство брака. Брак на Дону в XVI и XVII вв. и даже в первой половине XVIII в. не считался таинством, а гражданским союзом супругов, одобренным местной казачьей общиной, станичным сбором. Венчание в церкви или часовне было не обязательным, хотя многие из этих союзов, после одобрения общины, скреплялись церковным благословением. Развод производился так же просто, как и заключение брака: муж выводил жену на майдан и публично заявлял сбору, что «жена ему не люба» и только. Женились 4, 5 и более раз и даже от живых жен. Несмотря на указы Петра I и его преемников, а также настоятельства воронежского епископа о воспрещении этого «противнаго» явления, Донское казачество продолжало следовать в отношении брака своим старым древнегетским обычаям, как это раньше делали их сородичи, гетское казачество новгородских областей. Даже строгая грамота императрицы Елизаветы, данная 30 сентября 1745 г. на имя войскового атамана Ефремова и всего Войска Донского не вмешиваться в церковные дела и не допускать среди казачества этого «противнаго святым правилам» явления, как жениться от живых жен и четвертыми браками, не помогла делу, и казачество продолжало твердо держаться за свои старые устои. Такое мировоззрение на первый взгляд покажется еретическим, как продукт язычества и глубокого религиозного невежества, но не нужно забывать, что христианство возвысило этот гражданский союз на степень таинства не сразу, а в течение веков, и идея этого таинства получила неодинаковое развитие на Востоке и на Западе; в протестанстве же брак вовсе сведен на степень гражданского акта. Гражданский брак допущен законами Англии, Франции, Австрии, С. Америки и др. стран. Освящение этого гражданского акта церковным благословением предоставлено совести верующих и юридического значения в области гражданского права не имеет, как не имело оно и на Дону. Брак, одобренный станичным сбором, считался законным. Церковное благословение заключенного с согласия общины брачного союза есть явление не новое, а чрезвычайно древнее, встречающееся еще в первых веках христианства. В силу этих-то причин казачество, как оторванное на многие века от просветительных центров христианства, и удерживало свои древние обычаи, правда, не все, но в значительной своей массе, до конца XVIII в[117].

Практика заключения брачных союзов без участия священника – тоже из арсенала несторианства. А многоженство не только несторианством, но и исламом попахивает.

Мало чем отличались от своих российских собратьев в плане веры и предки малороссов. Выражение «свои поганые», характеризующее торков и черных клобуков, применимо и к украинским казакам. Но только невежда сочтет это оскорблением, ибо «погаными» на Руси называли не только язычников, но и вообще всех иноверцев. Иногда в этот список попадали даже католики. Об этом говорит следующий факт. В ответ на призыв новгородского князя Ярослава Всеволодовича идти с ним походом на Ригу – столицу крестоносцев, псковичи ответили письмом следующего содержания: «Тебе, князь, кланяемся, и вам, братья новгородцы, но в поход не пойдем…, а с рижанами мы помирились; вы к Колываню ходили, взяли серебро и возвратились, ничего не сделавши, города не взяша, также и у Кеси (Вендена) и у Медвежьей Головы, и за то нашу братью немцы побили на озере, а других в плен взяли, а вы раздравше немцев да прочь. А теперь на нас, что ли, удумали? Так мы против вас с Богородицею и с поклоном – лучше вы нас перебейте, жен и детей наших в полон возьмите, чем поганые (выделено мной. – Г.К.); на том вам и кланяемся»[118].

Нетрудно догадаться, что «погаными» здесь названы немцы.

И вот какие выводы можно извлечь из всего этого. Будучи староверами, как запорожские, так и донские казаки, были русскими, а потому несторианство, идеи которого лежат в основе старообрядчества и которое Голденков считает «поганством», и есть подлинно русская вера.

Это и будет ответом на ксенофобские измышления «голденковых», «белинских» и «валишевских». Не были украинцы с белорусами особым этносом по отношению к «московитам». И религия их не была особой. Но и интернационалисты не совсем правы, говоря о славянской «колыбели» трех братских народов.

Этой «колыбелью» было тюркское казачье Поле.

Глава четвертая. «Люди деи осударевы»

4.1. «Топор», без которого супа не сваришь

Я татарин, я татарин с русскою душой.

Песня