Читаем Исконно русская Европа. Откуда мы? полностью

Итак, религия казацкого Поля, русская вера, была тождественна религии монголо-татар. И возникает следующий вопрос. Как могло так совпасть, что придя на Русь из далекого Забайкалья, захватчики обнаружили здесь абсолютно тождественный им по вере народ? В официальном монголоведении на этот вопрос ответа нет. Но и версия Валянского с Калюжным не идеальна. Она порождает вопрос, на который не менее трудно ответить: как могли католики-крестоносцы, придя на Русь, вдруг стать несторианами и заговорить на языке тюркской группы?

Попытаюсь на него ответить. Думаю, с учетом изложенных выше соображений о роли наемников в средневековых конфликтах, сделать это будет нетрудно.

Выше было установлено, что родина кипчаков находилась не в Сибири, а в Венгрии, и называлась она Кумания (Куншаг). (Впрочем, если «Сибирь» рассматривать как искаженное «Сербия», то тогда она находилась в Сибири). Раз так, то и монголы должны рыскать где-то неподалеку. Ведь они с кипчаками неразлучны. Ба, так они эти самые венгры и есть! Стоит только заменить одну букву и на месте «моголов» окажутся «могоры» (maguar, мадьяр), т. е. венгры!

Предвижу обвинения в натяжках и поиске созвучий. Но грех не воспользоваться созвучием, если за ним стоят реальные вещи. Следующая фраза курляндца Якова Рейтенфельса, побывавшего в России в 1671–1673 гг., докажет это: «В 1235 году был взят город Москва, где по убиении тамошнего князя Георгия вскоре был выбран Александр. Этих двух князей, как я заметил, впервые стали называть в историях князьями как города Москвы, так и Московского княжества. Владимира же в плену у могора, т. е. великого хана (выделено мной. – Г.К.), видели доминиканские монахи, посланные от римского папы Иннокентия IV»[119].

Вот вам и разрешение загадки монголов. Причем, запутали историки все совсем недавно. Мнение о венгерском происхождении этих кочевников раньше было господствующим в исторической литературе. Даже в конце XIX века в «Церковно-историческом словаре» под редакцией протоиерея Петрова говорится: «Монголы – то же, что татары – угорское племя, жители Сибири, родоначальники венгров, основатели Угорской или Венгерской Руси, населенной русинами». Правда, в качестве прародины имелась в виду не реальная, а мифическая сибирская Венгрия. Но все равно это ближе к истине, чем мнение о монгольском (халха) происхождении «монголов».

Это будет еще ближе к истине, если предположить, что имелась в виду не та Сибирь, которую мы знаем сейчас и которую имел в виду протоиерей, а земля сабиров, савиров, северян, т. е. сервов, сервиентов (тоже Сибирь, а если хотите – Сербия), каковой, конечно же, и была дунайская Венгрия, включающая в себя сербские земли. Не случайно ведь в хрониках путали «северян» с «сербами».

Эту, настоящую, «Сибирь» можно воочию увидеть на карте Великой Моравии (рис. 10), на территории, принадлежащей впоследствии венграм. Ею является Савария (сейчас – венгерский Сомбатхей), будто бы основанная в 45 г. до н. э. римским императором Септимием Севером и от него вроде бы получившая свое название. Савария, римское название которой было Сибарис (!), якобы, была центром римской провинции Паннония. С учетом сказанного, не по имени императора она была названа, а, наоборот, император, как и вся династия Северов, получил прозвище от нее.

Вот вам настоящая, а не выдуманная Сибирь (Север), откуда действительно «пришли» в Европу венгры. «Пришли» беру в кавычки, поскольку путь этот не занял много времени. В некоторых источниках указывается, что венгры переместились в Моравию из Трансильвании. Это больше похоже на правду, нежели исход из Башкирии. Ибо, если допустить последнее, то придется объяснить, почему, придя из «Сибири», венгры в здешних краях обнаружили такую же «Сибирь». А объяснить это можно только совпадением, что выглядит не очень-то серьезно.

Как все-таки понимать, что в Кипчакском ханстве (Золотой Орде) кипчаки играли роль «холопов и конюхов»? И как понимать то, что монголы, или, как теперь выяснилось, те же кипчаки, преследовали кипчаков же как своих злейших врагов? Ответ может быть только один: монголы (верхушка кипчаков) истребляли кипчаков руками самих кипчаков, предварительно разделив их по религиозному признаку.

И вот уже в поисках истины из далекого и не имеющего отношения к делу Забайкалья мы переносимся в реальную, а не созданную стараниями историков, королевскую Венгрию XIII века. И что же видим? А то, что уже затронули в предыдущей главе, а именно, историю борьбы венгров и их союзников – тевтонских рыцарей – с язычниками-куманами. Чтобы удостовериться в том, что именно с этого эпизода и списана история «монголо-татарского нашествия», надо сначала разгадать тайну происхождения этнонима «татары», ибо он пока никак не встроен в эту версию.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 знаменитых памятников архитектуры
100 знаменитых памятников архитектуры

У каждого выдающегося памятника архитектуры своя судьба, неотделимая от судеб всего человечества.Речь идет не столько о стилях и течениях, сколько об эпохах, диктовавших тот или иной способ мышления. Египетские пирамиды, древнегреческие святилища, византийские храмы, рыцарские замки, соборы Новгорода, Киева, Москвы, Милана, Флоренции, дворцы Пекина, Версаля, Гранады, Парижа… Все это – наследие разума и таланта целых поколений зодчих, стремившихся выразить в камне наивысшую красоту.В этом смысле архитектура является отражением творчества целых народов и той степени их развития, которое именуется цивилизацией. Начиная с древнейших времен люди стремились создать на обитаемой ими территории такие сооружения, которые отвечали бы своему высшему назначению, будь то крепость, замок или храм.В эту книгу вошли рассказы о ста знаменитых памятниках архитектуры – от глубокой древности до наших дней. Разумеется, таких памятников намного больше, и все же, надо полагать, в этом издании описываются наиболее значительные из них.

Елена Константиновна Васильева , Юрий Сергеевич Пернатьев

История / Образование и наука
Чингисхан
Чингисхан

Роман В. Яна «Чингисхан» — это эпическое повествование о судьбе величайшего полководца в истории человечества, легендарного объединителя монголо-татарских племен и покорителя множества стран. Его называли повелителем страха… Не было силы, которая могла бы его остановить… Начался XIII век и кровавое солнце поднялось над землей. Орды монгольских племен двинулись на запад. Не было силы способной противостоять мощи этой армии во главе с Чингисханом. Он не щадил ни себя ни других. В письме, которое он послал в Самарканд, было всего шесть слов. Но ужас сковал защитников города, и они распахнули ворота перед завоевателем. Когда же пали могущественные государства Азии страшная угроза нависла над Русью...

Елена Семеновна Василевич , Валентина Марковна Скляренко , Джон Мэн , Василий Григорьевич Ян , Роман Горбунов , Василий Ян

Детская литература / История / Проза / Историческая проза / Советская классическая проза / Управление, подбор персонала / Финансы и бизнес
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное