Читаем Исконно русская Европа. Откуда мы? полностью

Кроме Московии еще одним государством, у истоков которого стоял орден, была Золотая орда. Почему «орда» – понятно. Но почему – Золотая?

Вот, как можно ответить на этот вопрос.

«Золотая» на тюркских языках звучит как «алтын («алтан», «алтун»). Сразу видно, что и «золото» и «алтын» происходят от одного корня – «олт». Кстати, это совпадает с названием речки, делящей Валахию на две части – Мунтению и Олтению, которое наверняка переводится как «золотая». Соответственно, название территории Валахии к западу от Олта (Олтения) должно означать то же самое. Если сопоставить данное положение с тем фактом, что эта область первой попала под латинское влияние, то весьма возможно, что слова с корнем «олт» (золото, алтын) являются какими-то искаженными латинскими понятиями. Но какими?

На ум сразу же приходит сам термин «латин» («латынь»). Его внешнее сходство со словом «алтын» не может не броситься в глаза. Но это внешнее сходство при ближайшем рассмотрении оказывается еще и совпадением по смыслу, ибо есть еще одно слово, почти в точности копирующее «латынь» и являющееся одновременно синонимом золота: «латунь»!

В подтверждение сказанного можно привести следующее сообщение: «Считается, что слово laiton, как и итал. ottone (латунь), заимствовано из арабского latun аж в 1120 г. И в самом арабском оно означает не что иное, как медь. Но само это арабское слово заимствовано из тюркского altun

, что там означает золото»[134].

Или вот еще: «Историки умалчивают об истинной подоплеке «Медного бунта» 1662 г. в Московии. Ведь речь шла не просто о выпуске «обесцененных» медных денег, а о попытке внедрения в обращение поддельного золота – латуни. Европейские названия латуни – итальянское ottone и французское laiton недвусмысленно говорят об исходном названии монеты – алтын, т. е. ордынский золотой, т. е. солид»[135].

Итак, в Средние века латунь была синонимом золота, поскольку этот медно-цинковый сплав использовался в ряде стран для имитации (подделки) золотых монет. «Позолоченную латунную монету, монопольно выпущенную в обращение, вообще нельзя было отличить от золотой: пробирный камень давал золотую черту, свежий разруб монеты свидетельствовал о ее металлографической однородности, а вес ее определялся князем-монополистом не в граммах, а в частях марки, отлитой из той же латуни. Поэтому некоторое время «новое золото» охотно принималось населением, большинство которого знало о золоте только понаслышке, а финансовый обвал наступал только после введения принудительного курса из-за гиперинфляции. Единственным доступным населению способом проверки золотых монет в конце XVII в. стала «проба на зуб», поскольку латунные монеты значительно тверже золотых»[136]

.

Правда, латунь по Кеслеру научились производить не ранее XVII века, поскольку именно в это время был открыт элемент цинк. В связи с этим могут возникнуть сомнения в тождестве «латуни» и «латыни». Ведь понятие «Латинская империя» появилось в XIII веке, а этноним «латины», обозначавший италийское племя, обитавшее в области Лаций, и того раньше – еще в VIII веке до н. э.

Однако не постигла ли этот этноним судьба названия столицы Российской империи, «внедренного» в древние летописи «задним числом»? В пользу этого есть некоторые соображения. Известно, что империя католиков на самом деле называлась Романия, что перекликалось с названием восточноримской империи (Румелия, Ромея). Чтобы как-то отличать две части империи друг от друга историками и был введен термин «латинская». Сепаратистские устремления здесь также нельзя сбрасывать со счетов. То есть, возможно, это было сделано в целях исторического обоснования самостоятельности католической церкви.

Таким образом, никаких серьезных аргументов против отождествления латыни с золотом (латунью) нет. Феномен Золотой орды, появившейся как бы из ниоткуда, получает, наконец, внятное объяснение.

Золотая орда – это Латинский орден.

В русле данных представлений надо рассматривать и название столицы Золотой Орды – Сарая. Говорят, это тюркское слово, означающее «дворец». И действительно, в «Древнетюркском словаре» saraj – это «дворец»[137]. А русское «сарай» будто бы заимствовано из тюркского с похожим значением. Но что мешает нам думать, что тюрки сами это слово позаимствовали? Тем более что к этому есть некоторые предпосылки. Так, местечко на месте бывшего Сарая (Сарай-Берке, Новый Сарай) в Волгоградской области носит название Царев, что вполне логично: ведь Сарай – это место пребывания царей, коими именовались на Руси монгольские ханы.

Если же рассматривать Сарай, как столицу крестоносного воинства, то название Царь-град также будет здесь как нельзя кстати. Ведь в это время именно Царь-град был столицей Латинской империи.

Почему бы «Сараю» не быть искаженным названием римской столицы? Сравните: «сарай» и «царей». Неужели не похоже?

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 знаменитых памятников архитектуры
100 знаменитых памятников архитектуры

У каждого выдающегося памятника архитектуры своя судьба, неотделимая от судеб всего человечества.Речь идет не столько о стилях и течениях, сколько об эпохах, диктовавших тот или иной способ мышления. Египетские пирамиды, древнегреческие святилища, византийские храмы, рыцарские замки, соборы Новгорода, Киева, Москвы, Милана, Флоренции, дворцы Пекина, Версаля, Гранады, Парижа… Все это – наследие разума и таланта целых поколений зодчих, стремившихся выразить в камне наивысшую красоту.В этом смысле архитектура является отражением творчества целых народов и той степени их развития, которое именуется цивилизацией. Начиная с древнейших времен люди стремились создать на обитаемой ими территории такие сооружения, которые отвечали бы своему высшему назначению, будь то крепость, замок или храм.В эту книгу вошли рассказы о ста знаменитых памятниках архитектуры – от глубокой древности до наших дней. Разумеется, таких памятников намного больше, и все же, надо полагать, в этом издании описываются наиболее значительные из них.

Елена Константиновна Васильева , Юрий Сергеевич Пернатьев

История / Образование и наука
Чингисхан
Чингисхан

Роман В. Яна «Чингисхан» — это эпическое повествование о судьбе величайшего полководца в истории человечества, легендарного объединителя монголо-татарских племен и покорителя множества стран. Его называли повелителем страха… Не было силы, которая могла бы его остановить… Начался XIII век и кровавое солнце поднялось над землей. Орды монгольских племен двинулись на запад. Не было силы способной противостоять мощи этой армии во главе с Чингисханом. Он не щадил ни себя ни других. В письме, которое он послал в Самарканд, было всего шесть слов. Но ужас сковал защитников города, и они распахнули ворота перед завоевателем. Когда же пали могущественные государства Азии страшная угроза нависла над Русью...

Елена Семеновна Василевич , Валентина Марковна Скляренко , Джон Мэн , Василий Григорьевич Ян , Роман Горбунов , Василий Ян

Детская литература / История / Проза / Историческая проза / Советская классическая проза / Управление, подбор персонала / Финансы и бизнес
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное