Читаем История Египта c древнейших времен до персидского завоевания полностью

Для фараона наступил кратковременный отдых, в течение которого его бдительность, по-видимому, нисколько не ослабела. Новое передвижение народов на крайнем западе вновь создало опасность для Дельты. Причиной беспокойства явились машуаши – племя, жившее позади ливийцев, другими словами, на запад от них. Ливийцы, без сомнения, получили возмездие в пятый год царствования Рамсеса III, и притом настолько сильное, что не имели желания сейчас же повторять свое нападение на Дельту, но машуаши вторглись в Ливийскую страну и опустошили ее, чем принудили несчастных ливийцев к союзу против Египта. К этому же союзу были привлечены и другие племена. Вождем движения был Мешешер, сын Кепера, царь машуашей, первоначальное намерение которого было перейти на новое место и поселиться в Дельте. «Враги снова имели совещание, желая проводить свою жизнь в пределах Египта, дабы овладеть холмами и равнинами, как своими собственными областями. „Мы хотим поселиться в Египте“ – так говорили они единогласно – и они постоянно переходили границы Египта». В двенадцатом месяце одиннадцатого года царствования Рамсеса враги начали вторжение, идя по западной дороге, как и в дни Мернептаха, и обложили крепость Хачо, находившуюся на расстоянии около одиннадцати миль от конца плоскогорья пустыни, вблизи канала, называвшегося Воды Ра. Рамсес атаковал их под стенами Хачо, с валов которого египетский гарнизон сыпал убийственные стрелы в ряды машуашей, уже расстроенные натиском фараона. В результате машуаши были обращены в беспорядочное бегство, причем попали под выстрелы другой соседней крепости. Рамсес продолжал преследование по западной дороге до края плато, на протяжении одиннадцати миль, совершенно изгнав, таким образом, вторгшихся из страны. Он остановился в укрепленном «Городе (или «Доме») Усермара-Мериамона (Рамсеса III)», который, как мы припомним, он основал на одной из возвышенностей на краю плато, называвшейся Горой Рогов Земли. Глава машуашей Мешешер был убит, а его отец Кепер – взят в плен, 2175 их воинов пало, и 2052, из числа которых более одной четверти составляли женщины, были взяты в плен. Рамсес сообщает о том, как он распределил пленных: «Я поселил их вождей в укреплениях во имя мое. Я поместил там предводителей лучников и начальников племен, заклейменных и превращенных в рабов, помеченных моим именем, так же как и их жен и их детей». Около тысячи машуашей были назначены охранять храмовое стадо, называвшееся «Рамсес III – победитель машуашей у Вод Ра». Равным образом царь установил в память своей победы ежегодный праздник, названный им в храмовом календаре «Избиением машуашей», и присоединил в подробной титулатуре к своему имени эпитет «Защитник Египта, Хранитель Стран, Покоритель Машуашей. Опустошитель Страны Темеха». Таким образом, западные племена в третий раз были отброшены от границы Дельты, и Рамсес уже больше не слышал о нападениях с этой стороны. Воинственные силы ливийских племен, хотя и не вполне исчерпанные, уже больше не проявляли себя в объединенном национальном нападении, но, как это происходило с доисторических времен, ливийцы продолжали исподволь проникать в Дельту в виде спорадических переселений, не казавшихся опасными фараону.

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история (Центрполиграф)

Мой дед Лев Троцкий и его семья
Мой дед Лев Троцкий и его семья

Юлия Сергеевна Аксельрод – внучка Л.Д. Троцкого. В четырнадцать лет за опасное родство Юля с бабушкой и дедушкой по материнской линии отправилась в Сибирь. С матерью, Генриеттой Рубинштейн, второй женой Сергея – младшего сына Троцких, девочка была знакома в основном по переписке.Сорок два года Юлия Сергеевна прожила в стране, которая называлась СССР, двадцать пять лет – в США. Сейчас она живет в Израиле, куда уехала вслед за единственным сыном.Имея в руках письма своего отца к своей матери и переписку семьи Троцких, она решила издать эти материалы как историю семьи. Получился не просто очередной труд троцкианы. Перед вами трагическая семейная сага, далекая от внутрипартийной борьбы и честолюбивых устремлений сначала руководителя государства, потом жертвы созданного им режима.

Юлия Сергеевна Аксельрод

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике

Джордж Фрэнсис Доу, историк и собиратель древностей, автор многих книг о прошлом Америки, уверен, что в морской летописи не было более черных страниц, чем те, которые рассказывают о странствиях невольничьих кораблей. Все морские суда с трюмами, набитыми чернокожими рабами, захваченными во время племенных войн или похищенными в мирное время, направлялись от побережья Гвинейского залива в Вест-Индию, в американские колонии, ставшие Соединенными Штатами, где несчастных продавали или обменивали на самые разные товары. В книге собраны воспоминания судовых врачей, капитанов и пассажиров, а также письменные отчеты для парламентских комиссий по расследованию работорговли, дано описание ее коммерческой структуры.

Джордж Фрэнсис Доу

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука

Похожие книги

Синто
Синто

Слово «синто» составляют два иероглифа, которые переводятся как «путь богов». Впервые это слово было употреблено в 720 г. в императорской хронике «Нихонги» («Анналы Японии»), где было сказано: «Император верил в учение Будды и почитал путь богов». Выбор слова «путь» не случаен: в отличие от буддизма, христианства, даосизма и прочих религий, чтящих своих основателей и потому называемых по-японски словом «учение», синто никем и никогда не было создано. Это именно путь.Синто рассматривается неотрывно от японской истории, в большинстве его аспектов и проявлений — как в плане структуры, так и в плане исторических трансформаций, возникающих при взаимодействии с иными религиозными традициями.Японская мифология и божества ками, синтоистские святилища и мистика в синто, демоны и духи — обо всем этом увлекательно рассказывает А. А. Накорчевский (Университет Кэйо, Токио), сочетая при том популярность изложения материала с научной строгостью подхода к нему. Первое издание книги стало бестселлером и было отмечено многочисленными отзывами, рецензиями и дипломами. Второе издание, как водится, исправленное и дополненное.

Андрей Альфредович Накорчевский

Востоковедение