Сношения и торговля с внешним миром поощрялись фараоном, как и в великие дни империи. Храмы Амона, Ра и Птаха имели каждый свой флот на Средиземном или Красном море, доставлявший в сокровищницу бога продукты Финикии, Сирии и Пунта. Рамсес эксплуатировал медные копи Аттики, по-видимому, на Синайском полуострове, для чего послал туда специальную экспедицию на галерах из неизвестного порта на Средиземном море. Корабли вернулись с большим количеством металла, который фараон выставил напоказ под балконом дворца, чтобы весь народ мог его видеть. Рамсес послал также для ломки малахита на Синайском полуострове своих людей, которые вернулись назад с большим запасом драгоценного минерала для великолепных царских даров богам. Более крупная экспедиция из больших судов была отправлена в долгое плавание к берегам Пунта. Каналом, ведшим из Нила через Вади-Тумилат в Красное море, существовавшим задолго до этого, по-видимому, перестали пользоваться вследствие его засоренности, так как суда Рамсеса после удачного плавания вернулись в одну из бухт против Копта, где все продукты были перегружены на ослов и доставлены в Копт по суше. Здесь они были вновь помещены на суда и спущены вниз по реке в царскую резиденцию в восточной части Дельты. Судоходство теперь, может быть, было даже еще значительнее и совершеннее, чем при великих фараонах XVIII династии. Рамсес говорит о священной барке фиванского Амона, сооруженной на его верфях из гигантского строевого ливанского кедра.