История Советского Союза. 1917-1991

Отчасти это было проблемой стиля руководства, и с самого начала хрущёвский стиль совершенно отличался от сталинского. По сути дела, оно и руководством-то не было: многие искушённые наблюдатели в то время полагали, что он слишком много говорит, пьёт и вообще похож на клоуна. Но это было следствием склонности Хрущёва к широким жестам и его общительности. Александр Верт, опытный британский журналист, пишет о нём: «Это был человек совершенно фантастической энергии и жизнелюбия. Он любил разъезжать по стране, до бесконечности выступать на крестьянских митингах и при этом вникать в мельчайшие детали животноводства и растениеводства». Это очень сильно отличало Хрущёва от Сталина, который с начала тридцатых годов не подходил к простому народу ближе, чем на расстояние, отделяющее трибуну Мавзолея от колонн демонстрантов. Хрущёв действительно любил общаться с крестьянами и рабочими и был внимателен к их словам, даже если опровергал с горячностью то, что они говорили. Тот же «популизм» заметен в его подходе ко всем политическим проблемам вообще: он старался заменить террор вовлечением масс в политические процессы. Новые подходы получили законченную форму в новой программе партии, вынесенной Хрущёвым в 1961 г. на двадцать второй съезд партии. Её основным признаком стало то, что Хрущёв называл «возвращением к ленинским нормам». Совершенно естественно, что развенчавший Сталина его преемник должен создать нечто вроде культа Ленина. Но не только в этом было дело: в политическом стиле самого Хрущёва были черты, действительно сильно напоминавшие Ленина. Прежде всего это относится к тенденции смешивать понятия «партия» и «народ», а равно и к стремлению навязывать собственные мнения, оставаясь при этом по видимости демократом. Более того, Хрущёв был первым советским лидером, который возродил — правда, вполне молчаливо — самый дух утопической и даже полуанархистской работы Ленина «Государство и революция».

Новая программа партии исходила из предположения, что Советский Союз уже построил социализм и теперь создаёт «материальную базу коммунизма». При коммунизме же каждый человек, вне зависимости от своего трудового вклада, мог бы получить от общества всё, что ему было нужно. Весьма неразумно — поскольку вообще неосмотрительно указывать точную дату осуществления утопии — программа предполагала достижение этой фазы общественного развития к 1980 г. Соответственно, поскольку социализм уже был построен, не было больше и «диктатуры пролетариата», а рабочий класс из «правящего» превратился в «ведущий». По мере продвижения к коммунизму должно исчезнуть и это различие, ибо предполагалось, что все классы сольются воедино.

По этой теории антагонистических классов больше не существовало. Поэтому государство отныне не служило интересам какого-либо определённого класса общества, но стало «общенародным государством, выражающим интересы и волю всего народа в целом». В полном соответствии с этим положением программа призывала граждан к «активному участию в управлении государством, в руководстве экономическим и культурным развитием, совершенствовании органов государственного управления и в народном контроле над его деятельностью». В конце концов, как предсказывалось в программе партии, по мере продвижения к коммунизму, «органы государственной власти постепенно превратятся в органы общественного самоуправления». Совершенно недвусмысленно Хрущёв и его последователи давали понять, что движителем этого развития должна быть партия, поскольку программа гласила, что следует способствовать «дальнейшему усилению роли партии как руководящей и ведущей силы советского общества». Таким образом, отмирание государства в этом смысле означало, что партия заменит его собой и сама станет выразителем воли народа и властителем его судеб.

Это, конечно, далеко не исчерпывающая характеристика деятельности Хрущёва. Следует учитывать, что он пытался уйти от сталинского манипулирования идеологией, что делалось не только с целью укрепления власти. Хрущёв старался вернуть идеологии кое-что из её первоначального значения. Он пытался добиться от партийного организма большей чувствительности к мнению по крайней мере своих рядовых членов и в большей мере задействовать партию в управление государством, особенно экономикой.