История Центральной Европы с древних времен до ХХ века

Война ничего не решила, равно как и противостояние на русско-литовской границе. В том же 1570 г., когда было заключено перемирие совместной польско-литовской миссией, посланной в Москву после Люблинской унии, в Штеттине (ныне Щецин) состоялся международный съезд (без участия России) с целью урегулирования балтийской проблемы, которая начала вызывать серьезный интерес даже среди западных держав, включая Францию. Никакого окончательного решения не было принято, особенно ввиду того, что император хотел, чтобы был признан его сюзеренитет над Ливонией, хотя это уже не имело никакого практического значения. Но между скандинавскими королевствами и Польско-Литовским содружеством снова воцарился мир, в то время как в Ливонии сохранился зыбкий статус-кво, который вскоре был нарушен еще одним вторжением русских, потребовавшим энергичных действий со стороны нового польского короля, чтобы добиться более долговременного решения проблемы.

От Стефана Батория до Сигизмунда Вазы

Так как содружество, созданное по Люблинской унии, теперь являлось единственным независимым государством в Центрально-Восточной Европе, проблема престолонаследия после смерти последнего Ягеллона представляла огромную важность для всего континента. А так как ни один местный кандидат не имел шансов быть избранным, то легко было предвидеть, что Польско-Литовская федерация вступит в союз, по крайней мере династического характера, с какой-нибудь европейской страной, тем самым влияя на равновесие сил.

В период междуцарствия после смерти Сигизмунда II Августа 7 июля 1572 г. было решено, что общие выборы короля Польши и великого князя Литовского, оговоренные в Люблинском договоре, будут осуществлены посредством viritim, то есть голосами всех представителей шляхты, которые приедут на избирательный сейм в Варшаве. В то же время был составлен проект новых ограничений королевской власти в форме статей, которые любой кандидат должен будет принять в будущем, в добавление к особым условиям, составлявшим pacta conventa каждых отдельно взятых выборов. Тем не менее практически все соседи стремились получить корону одной из крупнейших стран Европы, и, помимо Габсбургов, которые выступали кандидатами на всех трех польских выборах во второй половине XVI в., даже Иван IV Грозный сделал попытку заполучить если не все содружество, то, по крайней мере, Великое княжество Литовское для себя или своего сына и, возможно, оставить королевство Польшу Габсбургу.

Такое решение было, конечно, даже еще менее приемлемым для выборщиков, чем была передача престола в Австрии, и все такие проекты встречали негативную реакцию самого Сигизмунда II Августа, когда, предчувствуя, что он умрет бездетным, он обдумывал будущее своей страны. Решение, к которому он склонялся и которое готовил в тайных переговорах, было привлекательно для большинства тех, которые участвовали в выборах в 1573 г., и наконец был выбран Генрих Валуа – младший брат короля Франции Карла IX. Династические связи с Францией не представляли опасности независимости Польши, и они, казалось, открывали многообещающие возможности сотрудничества между ведущими державами Западной и Центрально-Восточной Европы, гарантируя их безопасность от империалистических поползновений Габсбургов и русской экспансии. Генрих принял все условия, включая обещание религиозной свободы, воплощенной в решениях Варшавской конфедерации, но, пробыв в Польше всего четыре месяца, он немедленно вернулся во Францию, когда в 1574 г. умер его брат. И снова трон Польши пришлось объявить вакантным.

На следующий год выборы создали опасное разделение. На этот раз сторонники Габсбургов избрали самого императора Максимилиана II, в то время как большинство мелкопоместного дворянства под предводительством выдающегося государственного деятеля Яна Замойского официально избрало сестру последнего Ягеллона Анну вместе с ее будущим мужем Стефаном Баторием, который после смерти Максимилиана в 1576 г. стал бесспорным королем. Его избрание было довольно неожиданным, так как он был всего лишь князем Трансильвании. Но, помимо Польши, эта сравнительно незначительная территория была единственной свободной страной в Центрально-Восточной Европе[40]. Баторий – венгерский аристократ, обладавший огромным военным талантом, защищал Трансильванию от Габсбургов с расчетом освободить от них всю Венгрию. В то же время он пытался уменьшить власть Османской империи до фикции и добиться мира с турками до того момента, когда он станет достаточно сильным, чтобы повернуть оружие против них.