Историки Французской революции

Понятно, что мы ждем Вашего сообщения о сессии в Одессе. Мы также рассчитываем получить в сентябре обещанную статью. А также сообщение о документах Бастилии.

Мы, г[осподин] Лефевр и я, рады за это плодотворное сотрудничество.

Приятных каникул на Кавказе!

Я задерживаюсь здесь до конца июля из-за экзаменов и конкурсов. Потом мы доберемся до юга.

С братским приветом.

[подпись] С. 8-8 об.

4

14 — VI — [19]59 г.

Мой дорогой коллега,

Ваша статья, («Вольтер и “мучная война”»), наконец-то опубликована в «Исторических анналах Французской революции»[1077]. Я надеюсь, что Вы там не обнаружите множество ошибок (я должен уточнить, что по независящим от моей воли обстоятельствам, гранки не были исправлены мной).

Я имел удовольствие Вам отправить, лично, тридцать оттисков. Я надеюсь, что они дойдут до Вас.

Передайте мои дружеские расположения Вашей супруге и поверьте, мой дорогой коллега, моим самым сердечным чувствам.

[подпись] С. 9-9 об.

5

7 — I — [19]61 г.

Спасибо, мой дорогой коллега и друг, за Вашу открытку и за Ваши пожелания, которыми я был очень тронут. Примите и мои, очень сердечные, адресованные Вам и Вашей супруге. Не будете ли Вы иметь когда-нибудь случай приехать в Париж для Ваших исследований, чтобы наше знакомство приобрело бы более широкий размах.

Поверьте моей дружбе.

[подпись]

P.S. Сейчас я профессор университета Клермона (куда я езжу два дня в неделю), но я продолжаю жить в Париже.

С. 10-10 об.

[открытка]

6

Париж, 28 — II — [19]61 г.

Спасибо, мой дорогой друг, за то, что Вы подумали обо мне в связи с оттиском статьи «Два трудных случая восстановления угасшего текста»[1078]. Я уже прочел с интересом Вашу справедливую критику книги Мартена («Появление книги») в «Пансэ»[1079].

Спасибо за все. Очень сердечно к Вам,

[подпись] С. И.

7

Париж, 14 - ХІІ - [19]63г.

Дорогие друзья[1080],

Вот уже скоро три недели, как я вернулся назад во Францию. Я бы хотел Вам написать тотчас же для того, чтобы поблагодарить Вас за Ваш такой сердечный прием. Но я был завален делами - наверстывание отставания в работе, подготовка курсов... И сейчас Ваши открытки в связи с приближающимся Новым годом доставляют мне Вашу сердечную дружбу.

Нет смысла Вам говорить, насколько я был доволен знакомством с Вами и насколько я был тронут Вашей любезностью во время моего пребывания в Ленинграде. Поскольку сезон поздравлений наступил, и Вы мне уже отправили Ваши пожелания, первым из моих пожеланий будет то, чтобы эта дружба была развита, чтобы Вы смогли скоро приехать или вновь приехать в Париж, чтобы и я смог бы побывать в Ленинграде не так уж скоротечно.

Я естественно добавляю к Вашему пожеланию мои самые сердечные пожелания здоровья, труда, удачи. Моя супруга присоединяется ко мне и благодарит Вас за Ваши столь сердечные пожелания.

Именно для г[осподина] Люблинского: Ваше сообщение о деле Калласа будет опубликовано с примечаниями г[осподина] Помо (г[осподин] Булуазо согласовал этот вопрос) в номере 1 за 1964 г. в наших «Исторических анналах»[1081]. Не имеет смысла повторять Вам обоим, как одной, так и другому, что Ваша, но не важно, какая статья о всецело занимающем нас периоде и сюжетах, будет желанной для нашего журнала.

До свидания, дорогие друзья. Спасибо еще раз. Все наши самые сердечные пожелания в связи с Новым 1964 годом.

Всего Вам доброго,

[подпись]

P.S. - Я Вам отправил, пятнадцать дней тому назад, «романы» Дидро (в том числе «Племянник Рамо»), в отличной коллекции «Классики Гарние». Я надеюсь, что этот том до Вас дошел, высказывая Вам всю мою дружбу.

С. 14-15.

Глава VII Доклад В.М. Далина «О Тарле»[1082]

Вниманию читателей «Французского ежегодника» представляем сохранившуюся в Архиве Российской Академии наук стенограмму доклада Виктора Моисеевича Далина «О Тарле», с которым он выступил на заседании Общества историков-марксистов при Коммунистической академии Центрального Исполнительного Комитета СССР 2 февраля 1931 г.

Евгений Викторович Тарле был в 1920-х гг. широко известным в международных научных кругах историком, автором ряда фундаментальных монографий по Новой истории Франции. Однако и его не обошли стороной испытания, выпавшие в те годы на долю многих его соотечественников. 28 января 1930 г. он был арестован по пресловутому «Академическому делу»[1083] за якобы осуществлявшуюся им контрреволюционную, антигосударственную деятельность – участие в якобы руководимом С.Ф. Платоновым «заговоре» в целях реставрации монархии[1084]. ОГПУ утверждало, что в будущем монархическом правительстве Е.В. Тарле должен был получить пост министра иностранных дел, что, по мнению В.А. Куманева, было обусловлено прекрасным владением им основными европейскими языками[1085].