Исцеление травмы развития. Детская травма и ее влияние на поведение, самооценку и способность к отношениям

Как видно в схеме, представленной в приложении 12.1, замирание, диссоциация и социальная изоляция – стратегии последнего шанса на случай, когда внутренние переживания становятся невыносимыми и подавляющими. Пол смог увидеть, что под маской равнодушия и цинизма кроется высокое симпатическое возбуждение, которое вначале находило выход в форме тревожности, а затем злости – на отца за насилие, а на мать за навязчивость; а также примитивные реакции выживания, связанные с ранним периодом в инкубаторе.

Тревожность Пола стала признаком выхода с известной ему территории своей адаптивной стратегии выживания на новую и неизведанную местность. Зачастую тревожность служит сигналом выхода на поверхность непризнанных и отвергаемых эмоций, особенно агрессии и гнева. По мере того как заряд симпатического возбуждения Пола освобождался от депрессии и диссоциации, он все лучше осознавал собственный гнев. Продержав гнев под запретом так долго, Пол боялся, что стоит позволить себе его почувствовать, как ярость окажется разрушительной. На психологическом уровне злость воспринимается, когда человек распознает ее и признает как собственную, а не расщепляет, обращая против себя или проецируя на других. На физиологическом уровне агрессия интегрируется не путем ее проявления вовне, например, когда человек бьет подушки и кричит, а путем осознания, контейнирования и отслеживания энергетических переживаний гнева в теле.

Я помог Полу отделить его страхи перед гневом от переживания гнева самого по себе:

ПОЛ: Вся эта возникающая злость меня пугает, и это мне не нравится.

ЛОУРЕНС: Знаю, что у тебя много страхов и убеждений насчет гнева, которые сейчас приходят в голову, но мне бы хотелось, чтобы ты обратил внимание на то, как гнев ощущается в твоем теле, независимо от твоих идей и реакций. Попробуй просто обратить внимание на энергию злости.

ПОЛ: Длинная пауза, пока Пол следит за своими переживаниями… Она не так пугает, как я думал. Ощущается как нечто сильное и широкое в моем теле.

ЛОУРЕНС: Можешь еще какими-то словами описать это «сильное и широкое»?

ПОЛ: Пауза… Я чувствую тепло, щекотку и… с удивлением в голосе… [что-то] большое.

ЛОУРЕНС: «Теплое, щекочущее и большое». Пауза

… Что происходит, если ты дашь этому теплому, щекочущему и большому ощущению больше времени?

ПОЛ: Длинная пауза; затем с удивлением, более глубоким и четким голосом… Ощущается приятно, и это может прозвучать странно, но словно зрение прояснилось.

Восприятие ярости и гнева

Между традиционным психодинамическим подходом и психобиологическим подходом НАРМ к гневу есть различие. В НАРМ гнев отслеживается в чувствуемых ощущениях при постоянном обращении к регуляции нервной системы. Интегрировать и воплотить могущественные заряды агрессии и гнева без ориентации на тело достаточно трудно. Злость и агрессия – это телесная и энергетическая динамика, которая придает сил в случае успешной интеграции. Крайне важно по возможности исследовать имплицитное намерение, которое приводит гнев в действие. В злости всегда кроется послание: попытка донести что-то окружению, которое реагировало не так, как нужно. Осознав это послание, человек может понять, что ему нужно сделать для завершения реакции. Кроме того, важно различать гнев и вину. Пусть в вине зачастую есть элементы гнева, в первую очередь это ментальное состояние, которое лишает сил.