«Милостивый государь Богдан Васильевич!
До вас, вероятно, уже дошла печальная, роковая весть о смерти вашего достойного, незабвенного брата Диомида Васильевича. Да! Он пал, 11 июля, на поле битвы как герой.
Потеря вашего брата здесь невознаградима. Кавказ долго, долго не забудет дел его блестящих. Память об нем перейдет в отдаленное племя и будет имя его повторяться с героями прежних лет Кавказа.
Я знал его почти пять лет. С первых дней моей с ним встречи, в Чеченской экспедиции 1841 года, я полюбил его душевно за прекрасные, возвышенные чувства к нашей родной России, за энергию и силу души и за те достоинства военные, которыми немногие в такой степени, как он, обладали.
Он был весь помысл чести, славы и пользы русского народа. Он был блестящая, первой величины звезда между генералами. И этого-то человека не стало!
Не смею также говорить вам, чтоб вы утешили себя в потере вашего брата. Нет! Скорбь ваша и ваших родных выше всякого утешения. То, что было любимо на земле, — то нельзя забыть.
Одно, что я вам могу сказать: будьте мужественны, идите тою же дорогою, по которой шел так славно Диомид Васильевич. Не забывайте того, кто искренно любил и уважал вашего брата и вместе с тем к вам преданного слугу
Генерал Клюки фон Клюгенау в письме к Помпею Васильевичу так отнесся к делу, где погиб безвременно Диомид Васильевич Пассек.