Из поколения в поколение. Как остановить негативное влияние прошлого и найти в семейной истории опору и ресурс

Все, что сказано выше, справедливо даже тогда, когда мама не осознаёт своего постоянного беспокойства — что вполне возможно, если для нее это уже стало привычным фоном бытия. Для наглядности приведем аналогию. Все знают, что к запаху можно «принюхаться». Невыносимо сильный аромат со временем перестает ощущаться, хотя слабее не становится. Психика, во избежание перегрузки, убирает «ненужное» ощущение. Нечто похожее происходит и с постоянно присутствующей тревогой. Она становится как будто естественным и незаметным фоном психической жизни. А если все-таки беспокойство «прорвется» в сознание, ему всегда найдется рациональное объяснение: «Я беспокоюсь потому, что ребенок постоянно плачет». В любом случае малыш играет свою роль: направляя на себя и «объясняя» материнскую тревогу, реальные причины которой, как мы помним, никак с ним не связаны, он ведет себя так, чтобы оправдывать озабоченность или иной поведенческий стереотип матери по отношению к нему. Впрочем, здесь возможно и влияние случайности — например, неожиданной болезни малыша или родителя. В результате через некоторое время мы получаем не находящую себе места от тревоги мать и действительно очень беспокойного ребенка.

Однако нельзя считать родителя виновным, а ребенка — жертвой, поскольку процесс вовсе не начался именно с этого взрослого. Его можно проследить на несколько поколений назад. Наверняка подобным поведением в этой семье отличались и бабушка, и прабабушка. Хотя и тут возможны исключения: крайне существенна актуальная семейная ситуация, в которую попадает ребенок. Важно знать, что произошло до его появления на свет. Например, в семье, где рождению младенца предшествовали детские смерти, беспокойство за здоровье новорожденного закономерно.

Роль отца не менее важна, чем матери: вовлеченность ребенка в родительские взаимоотношения непосредственно зависит от степени напряжения в них. Варианты отцовского поведения различны. Он может полагать, что проблемы матери и ребенка объективны, или, например, считать малыша слабым или избалованным и пытаться это компенсировать, стараясь его «закалить». В результате мать и ребенок еще больше сблизятся.

В целом чем больше напряженности в отношениях родителей, тем заметнее слитность матери и ребенка. Инициирующую роль в этом процессе всегда играет родительская тревога. При этом у всех участников симбиоза нарушена способность функционировать и даже самостоятельно выживать в мире. С одной стороны, происходит своего рода инвалидизация ребенка: родители воспринимают его как проблемного и ведут себя с ним как с недееспособным, более подверженным разным опасностям, чем есть на самом деле. А с другой, взрослые могут «увлечься» родительскими ролями и начисто забыть, что они еще и супруги. В некоторых семьях после появления малыша они даже «теряют имена» и начинают обращаться друг к другу «мама» и «папа», подчеркивая тем самым, что они в большей степени родители, чем муж и жена.

Часто сложности начинаются, когда ребенок вступает в ранний подростковый возраст. Ведущая его потребность в это время — построить свою идентичность, ответить на вопросы «Кто я, что собой представляю, куда иду?» Для этого подросток определяет своеобразные границы, векторы своего «Я»: кем он точно не хочет быть, какой жизни для себя совсем не желает, каковы его идеалы и куда он стремится. Он старается построить свою систему ценностей, границы своей ответственности и возможностей. Семья в это время должна решить важнейшую задачу: подготовить его к отделению от родителей и началу самостоятельной жизни.

Если ребенок вырос излишне чувствительным к родительскому беспокойству, его способность функционировать автономно сильно страдает. Практически невозможно в этом случае позволить себе благополучную сепарацию (отделение) от родительской семьи. С одной стороны, такие дети имеют в семье достаточно высокий статус и обладают особой значимостью. С другой, их психологическое развитие заторможено, они могут не чувствовать, что у них достаточно собственных ресурсов, чтобы победить в борьбе за «завоевание своего места под солнцем». Такая перспектива порой даже пугает их. Тогда неудачи ребенка будут существенно понижать напряженность в семье. Они так же отвлекают время и силы родителей, позволяя откладывать решение других семейных проблем. Вспомним: когда появился малыш, он взял на себя часть напряжения в супружеских отношениях и в течение многих лет выполнял эту функцию, позволяя семье сохранять стабильность. Уход ребенка нарушит эту отработанную структуру и тем самым поставит под угрозу благополучие семьи. Следовательно, чем больше у него проблем и чем больше родители искренне стремятся помогать ему, тем меньше вероятность его становления как самостоятельного человека, отделения от родителей, а значит, в итоге и меньше общесемейная тревога и напряжение. Если же ребенок упорно движется к успеху, есть множество способов заставить его свернуть с этого пути.