Избранные сочинения

Я не намерен, подражая Иосифу Патригнану[3], быть поведения Анакреонова стряпчим ябедником, если знатность рода его, монархов просвещенных обращение при жизни, памятники по смерти, пленяющий талант, а более всего тонкий вкус[4] не защитят память знаменитого стихотворца; но удален и от того, чтобы, основав мнение мое на стихах застольных, на песнях веселых и любовных, заключить, что сочинитель оных был развратный пьяница.

Желательно было бы, чтоб мнения, в книге обнародованы, были всегда действительные правила частной жизни автора ее; библиотеки тогда сделалися бы сокровищем сердец, книги — зеркалом истины, познанием человека вдруг и по собственной расписке, короче бы и надежнее был путь к благоденствию его. Но сколько плутов проповедовали добродетель! Сколько Арпагонов писали противу скупости! Сколько ябедников защищали истину! А между тем Эпикур[5], учитель роскоши, жил воздержно. Гораций вина не пил.

В древних медалях виден Анакреон человеком уже старым, но лица приятного, черты порядочные, взгляд веселый, открытое чело, про которое он и сам упоминает в XI оде.

Бодонием напечатанный его профиль, с древнего камня заимствованный, почитается лучшим. Мне весьма желалось украсить оным и мой перевод; но таланту приятелей моих недостало времени, а мне терпения, потому что как переводить и печатать начал я по милости новых литер, от Дидота привезенных, так и кончить печатание принужден был по желанию типографов, погонявших меня корректурными листами.

Скорая работа не извиняет, однако, неудачный труд, и для того, может быть, позволено мне будет здесь в извинение себя сказать нечто о переводе своем.

Анакреон переведен на русский язык с греческого, которого я не знаю; но лет пять-шесть назад не труднее бы мне, может быть, было выучиться языку, нежели перевесть вместо одной книги по крайней мере десять с разных языков; а сие вот каким образом:

Человек добровольный и греческий язык хорошо знающий, взял на себя труд подписать мне каждое слово в подлиннике. <...>

Под руководством снисходительного, в знании греческого языка несравненного, просвещенного и почтенного мужа[1] взял я на себя педантические вериги не выпустить никакой речи и перевесть оные в стихах греческой же меры, не теряя, сколько возможно, плавности и свободы, красоту Анакреоновых мыслей возвышающих, и для сего должен был при всяком почти стихе справляться в море здесь приложенных переводчиков, свидетельствующих достоинство автора, из числа которых следовал я более тем, кои отмечены звездочками.

Для осуждения меня прошу (тех, кои греческого языка не знают) сличить перевод мой с другими и наказать за то, где я отдалился от смыслу подлинника, а для того и следуют здесь

Анакреоновы переводчики.

Первое издание Анакреона сделано было Генрихом Стефаном и напечатано 1554 году в Париже; повторено Робертом Стефаном в 1556 году. <...> Сей Генрих Стефан перевел Анакреона на латинский язык стихами. <...>

Перевод Анны Дасье на французском языке напечатан в Париже 1681 года и в Амстердаме 1716 года с примечаниями г-на Ле-Февра.

В 1682 году Бернард Лонжепьер перевел сочинения Анакреона, Сафы, Теокрита, Биона и Мосха на французский язык.

В 1706 году перевел Анакреона Антоний ла Фос и напечатал в Париже.

В 1713 году напечатан в Роттердаме перевод Анакреонов на французском языке Гаконом. <...>

Перевод Анакреона, Сафы, Биона, Мосха и Теокрита с прибавлением некоторых Горациевых и Катулловых сочинений, трудов г-на Мутоннета де Клерфона. Один из самых новейших переводов в прозе; напечатан в Париже 1773 году.

На немецкий язык переводил Анакреона профессор Фишер, и перевод его почитается весьма ученым.

На том же языке переведен Анакреон безымянным переводчиком, напечатан в Лейпциге 1776 году, и перевод сей на немецком языке считается лучшим.

В 1695 году издан в Лондоне Вильгельмом Бакстером на аглинском языке. Сей, почитающийся лучшим переводом, в доказательство доброты своей вновь напечатан был в 1710 году, сей не токмо у агличан, но и в Германии многим предпочтен переводчик, ибо профессор Фридрих Фишер труды же Бакстеровы, с некоторою только прибавкою, перепечатал в Лейпциге 1774 года. <...>

Весьма славится на италианском языке перевод, сделанный французом аббатом Ренье. Славный сей перевод напечатан в Париже 1696 года. <...>

Павел Ролли в Лондоне 1740 года. <...>

В наши же времена прославился переводом Анакреона, в Риме изданным, Иосиф Спалетти, который, исправя погрешности текста, перевел оды Анакреоновы тем же ударением стихов, как и в греческом подлиннике.

На испанский язык Анакреона перевел дон Стефан Мануил де Вельгас, печатан в Мадриде 1774 года.

Последний переводчик Анакреона, по мнению Бодония, коего трудом собрана большая часть оных, есть Клавий де Рогати, родом тосканец.

Многие еще другие, в переводе Анакреона трудившиеся, мне неизвестны, особливо на аглинском, на немецком и русском[1]языках.