Кадеты и юнкера в Белой борьбе и на чужбине

Объединение в Белграде собирало материалы для архива-музея, и надо сказать, что в этом отношении достижения были очень велики. Начало этому было положено так: мне довелось быть в Белой Церкви в 1-м Русском Великого князя Константина Константиновича кадетском корпусе, в самом начале 30-х годов, и там осмотреть корпусной музей, основанный с редкой тщательностью и любовью директором корпуса генералом Адамовичем. В музее я обнаружил, что Суворовский кадетский корпус был представлен лишь порванной страничкой приказа по корпусу. Тогда же я сказал генералу Адамовичу, что наше Объединение представит наш корпус самым достойным образом, что суворовцами и было исполнено.

Одновременно, но еще точнее и солиднее собирался архив-музей в самом Объединении. Перечислить все собранное в настоящее время нет возможности, но считаю необходимым указать главное: а) списки личного состава – директоров, инспекторов, офицеров-воспитателей, преподавателей, служащих, вице-фельдфебелей и кадет по отделениям и выпускам; б) списки георгиевских кавалеров суворовцев; в) заметки, справки и воспоминания; г) два больших альбома – в одном все, что относится к жизни корпуса до зарубежных лет, во втором – жизнь в зарубежье. Все виды корпуса, фотографии кадет, группы, картинки жизни и т. д.; д) погоны кадетские и вице-унтер-офицерские; е) выпускные группы III и IV выпусков.

Больше достать их в Варшаве не удалось, несмотря на особенные меры, которые были предприняты; там достаточно старательно уничтожалось все, что касалось русской жизни и жизни корпуса.

Закончив это перечисление, надо с глубочайшим душевным огорчением сказать, что все эти ценности суворовцев остались упакованными в подвалах здания корпуса, так как не были своевременно вывезены, как и весь музей. Наш архив-музей был сдан в корпус, так как оставить его на руках в обстановке того времени в Югославии (1941–1942) не было возможности, да он и погиб бы, как погиб весь мой личный архив при бомбардировках. Указания же, куда, когда и в каком состоянии все находилось и сдано, были оставлены в Русском музее и библиотеке в Белграде.

С глубокой благодарностью мы, кадеты, должны отметить всю ту помощь и стремление собрать музей, которые оказывали все без исключения суворовцы, а именно: наш старшейший воспитатель и последний командир 1-й роты полковник Григорий Маркович Еременко[688], проживавший на Шипке в Болгарии и приславший много самых интересных материалов; наши кадеты во Франции с представителем Н.В. Главацким[689]; в Болгарии – с А.В. Криштановским[690] (III выпуск); наши кадеты в Варшаве, Риге, Бельгии, Чехии, Тунисе, Алжире, Южной Америке, на Дальнем Востоке и других местах, наконец, наши кадеты в Белграде и Югославии вообще.

В Югославии же и зародилось наше Объединение по почину кадета VI выпуска Сергея Александровича Кашкина, который в своем очерке дает картину первых лет жизни Объединения.

В настоящее время связь налаживается и с заокеанскими странами. Работа должна продолжаться, базируясь на Париже, куда мы и перенесли наш центр 14 октября 1949 года. Родной корпус возродится. Все, что нам дорого, должно быть сохранено для будущего. Да здравствует Суворовский кадетский корпус!

* * *

В 1946 году поручик 8-го Финляндского стрелкового полка В.Н. Смолинский[691] обнаружил в городе Вейнгартене, в 2 километрах от католического монастыря «Капля крови», в лесу, который и поныне называется Russische Wald, кладбище, где когда-то был поставлен памятник. Из поисков в архиве города Вейнгартена были найдены документы, которые установили, что в 1799 году в этом монастыре был открыт лазарет для раненых суворовских чудо-богатырей; умершие раненые были похоронены на кладбище в русском лесу.

В 1947 году группой господ офицеров-эмигрантов в городе Равенсбурге был создан комитет под председательством подполковника Кесаря Карповича Македонова[692] (члена Объединения кадет-суворовцев). Этот комитет избрал место на вышеуказанном кладбище, поставил временный крест и осенью 1947 года организовал торжественное его освящение. На этом освящении присутствовало большое количество офицеров из всей французской зоны Германии, были возложены венки, а по поручению Объединения суворовцев член его, вице-фельдфебель II выпуска генерал-майор В.В. Крейтер произнес соответствующую речь. В дальнейшем русской эмиграцией были собраны средства, а в 1948 году был освящен уже и новый памятник.

В. Черепов[693]Последние корнеты[694]