Тогда человечество пойдет в огонь испытания, и многие соблазнятся и погибнут, а оставшиеся в своей вере будут спасены <...> (16.5).
Здесь ключевое слово — вера, под которой понимается не догматические положения разных позднехристианских «символов веры», но именно та вера в Бога, которая побуждает при любых исторических потрясениях следовать Его заповедям, сохраняя любовь к ближнему как к самому себе (Лев 19:18) и общение «во всем» с братьями и сестрами во Христе {Дидахе, 4.8). Тогда как опыт еврейской истории, начиная с катастрофы Израильского царства (722 год до н.э.), отраженный в библейской традиции, — свидетельство непрочности перед лицом различных испытаний, выпадавших на долю еврейского народа, не только религиозных убеждений, но и даже в большей степени религиозной практики, причем прежде всего касающейся самого насущного в жизни. Неудивительно, что уже во втором поколении как иудео-, так и языкохристиан это в полной мере было явлено либо в связи с еврейской Катастрофой 70 года, либо с началом эпохи преследования христиан Римским государством.
Вот почему метод истории форм (Formgeschichte), безусловно ставший одним из самых крупных достижений новозаветной науки XX века71, если его применять не предвзято, позволяет увидеть в Дидахе учение Иисуса, еще не замутненное поздними приращениями, обусловленными бурными событиями последней трети I века. Синоптическая традиция такими приращениями просто кишит, отражая тенденции, имевшие «место в жизни» соответствующих общин, будь то эбионитские среди христиан Земли Израиля, будь то фанатические в среде языкохристиан. Отсюда и появление таких невозможных в устах исторически верифицируемого Иисуса высказываний, как
Иди, всё, что имеешь, продай и отдай нищим <...>; и приходи следуй за Мной (Мк 10:21/Мф 19:21; Лк 18:22 в КП)
Смотрите же вы за собою: будут предавать вас в судилища, и в синагогах вы будете терпеть побои, и перед правителями и царями будете поставлены во свидетельство им (Мк 13:9; Мф 10:17-18; Лк 21:12-13 в КП),
не говоря уже о поощрении тех,
кто не женится ради Царства Небес (Мф 19:10-12 в РВ).
3.2. Опасность синкретизации фигуры Иисуса как прославленного Христа уже в первом языкохристианском поколении (около 35 - около 65 годов)
Вместе с тем апостольская миссия к язычникам не только предполагала насаждение в их среде еврейского религиозного этоса, проистекавшего из библейской традиции, о чем будет сказано ниже, но и таила в себе опасность синкретизации72 христианства под влиянием чисто греческих религиозных представлений и чаяний. Последнее обстоятельство в Дидахе никак не отражено, что свидетельствует о нем как о памятнике самой начальной проповеди среди язычников с известной нам датировкой в пределах 36-43 годов. Зато Павлу периода его-собственной-миссии уже пришлось столкнуться с зарождением синкретических тенденций в языкохристианской среде, чему он как может противостоит.
3.2.1. Павел о происхождении Иисуса (Гал 4:4-5)
Чтобы убедиться в этом, обратимся сначала к пассажу Гал 4:4-5. Вот он:
...когда наступила полнота времени, Бог послал Своего Сына, родившегося от женщины подвластным Закону, чтобы освободить тех, кто подвластен Закону, дабы мы получили усыновление.
Павел говорит здесь, во-первых, о наступлении «полноты времени», что указывает на начало мессианской эры, почему, во-вторых, Бог посылает Израилю его Мессию (Царя), на что указывает мессианский титул — Сын (Бога) (аллюзия к Пс 2:7) и упоминание о Его подвластности закону Моисея. Ну а дальше, собственно, и следует известный постулат Павла: еврейский Мессия (Христос), принесший Себя в искупительную жертву, освобождает признавших Его евреев от «власти Закона», имея в виду от грехов им обнаруживаемых и ведущих к погибели (аллюзия к Ис 52:13-53:12), чтобы усыновить Богу язычников, поверивших в Его Сына — Мессию (Царя) Израиля.